Книга Невеста полоза. Пленница златых очей, страница 171 – Екатерина Алешина

Драгомир вновь заговорил, и ей чудилось, что князь приоткрывает перед ней дверь в далекое прошлое, что ныне осталось в летописных книгах и славных песнях.

— Златославия необъятна. И очень богата: леса, пушные звери, драгоценные камни и металлы, плодородная земля. Только порядка здесь не было сотни лет назад. Земли эти названия не имели, и населяли их, как и сегодня, славийцы. В те далекие лета не было мира промеж славийцами. Златославия была разделена между племенами, и племена эти согласия никак не могли найти. Мои предки испокон веков жили на этой земле, но, устав от междоусобиц, покинули Златославию в поисках новой жизни и новых земель. Так на две сотни лет мой род обосновался в королевстве Лагарфьорд.

Князь обвел указкой земли к северу от Златославии.

— Спустя двести лет славийцы решились на изменения ради мира и порядка в своих землях. Междоусобицы ослабили народ, и правители соседних государств стали посматривать на богатые земли славийцев. Вот, к примеру, Арайский каганат. – Князь указал на земли к востоку от Златославии. – Каганы тех земель давно засматривались на наши приграничные волости. С запада на нас окусывались правители Весторского объединенного королевства. А с юго-востока каган хазаннских земель посматривал да выжидал удобного момента.

Славийцы разумели, что ежели не решиться здесь и сейчас, то можно потерять собственный дом и землю родную. Старейшины родов собрали вече и стали решать, кого же звать на великое княжение. И посему выходило, что никого нельзя на престол приглашать из тех родов, что здесь жили. Ведь это снова могло породить междоусобицы за право стать великим князем. Да и какое может быть справедливое правление при таком раскладе?

— И тогда вспомнили о твоей семье? – предположила ведунья, и князь кивнул.

— С одной стороны, наши корни были в славийских землях. Но, с другой стороны, мой отец уже считался бы пришлым князем. И славийское вече посчитало, что великий князь, призванный из-за моря, но имеющий здесь свои корни, – залог справедливого и беспристрастного правления.

— Ты родился уже в Златославии? – спросила Радосвета.

— Да, – подтвердил Драгомир. – Отец уже здесь женился на моей матери. Здесь, кстати, тоже забавно судьба расставила фигуры. Моя мать – дочь правителя Малахийского княжества и дочери славийского боярина. Мы всегда были дружны с малахийскими землями. И когда отец приехал к правителю Малахии на переговоры, там он и встретил мою мать. Ей тогда семнадцать исполнилось. Они сразу друг другу приглянулись. Да и положение обоих позволило заключить союз. Через несколько месяцев состоялась свадьба, и малахийская княжна стала великой княгиней златославской.

— Выходит, что Златославия получила свое название в честь первого великого князя, который дал начало нового правящего рода? – рассудила Радосвета.

— Верно, – ответил князь и улыбнулся, окинув невесту игривым взором.

— А в этом, как ты смолвил… эм… Лагарфьорде остались твои родные? – полюбопытствовала девица.

— Конечно остались. Двое братьев моего отца. Отец вместе с одним братом приняли приглашение славийцев. Их в семье было четверо. Мой отец – старший, после него – отец Белояра. Интересное совпадение: отец моего воеводы тоже был воеводой великого князя, то есть моего отца. А насчет родни с земель Лагарфьорда – мы роднимся по сей день, и море между нашими государствами – не преграда. Что насчет славийской письменности? Ты пробуешь писать?