Книга Обсидиановый огонь, страница 93 – Айза Таллер

— Тени…

— Они не нападут, пока я не отдам приказ, — Эйрик отмахнулся, словно речь шла о своре бездомных собак.

Руки сами дернулись к поясу в поисках меча. Пусто. Я нервно сглотнула и опустила взгляд. Искры не было. Ни меча, ни ножен, только бесполезная перевязь на поясе.

Искра осталась на той злополучной поляне в реальном мире.

— Я провел здесь двадцать лет, — голос Эйрика вырвал меня из мыслей. Он стоял у края провала, глядя вниз на черное воинство. — Когда я закрыл Разлом изнутри собственной силой, меня забросило сюда.

— Почему? — я нахмурилась, пытаясь сосредоточиться. — Разлом — это ворота между мирами… — начала я.

Эйрик хихикнул — тонко, высоко, словно находил происходящее невероятно забавным:

— Был когда-то, — он обернулся ко мне, и в его синих глазах плясали отблески безумия. — Боги не дураки. Когда они уходили из нашего мира, то кое-что изменили. Раньше Разлом вел куда угодно: в тысячи миров, в тысячи реальностей. А теперь? Теперь — только сюда.

Он помолчал, глядя в багровую тьму за провалом.

— В тюрьму, которую они создали для одной-единственной узницы.

— Узницы?..

Я вспомнила голос, который слышала, пока лежала на полу. Низкий, бархатный, лишенный всякого намека на тепло.

Эйрик обвел рукой пространство вокруг:

— Драконы тысячелетиями охраняли не «врата в иные миры». Они сторожили дверь в клетку. Охраняли мир от того, что заперто по ту сторону. А я… — он рассмеялся, запрокинув голову. — А я, как последний идиот, решил захлопнуть ее изнутри.

Его смех эхом отразился от стен, множась и искажаясь. По спине у меня поползли мурашки.

— Угадай, кто оценил мой подвиг? Кто пришел за мной? Кто хотя бы попытался? Рагнар? Фрейя? Отец? — имена срывались с его губ, как плевки, одно за другим.

— Они все думали, что ты погиб! Рагнар так и не смог простить себя за твою смерть!

Улыбка медленно сползла с его лица, и то, что осталось под ней, заставило внутренности похолодеть. Там не было ничего человеческого. Только старая ненависть.

— Не смей, — зашипел он.

Движение было таким быстрым, что я не успела отшатнуться. Его пальцы — нечеловечески холодные — сомкнулись на моем горле и рванули меня вперед. Лицо Эйрика оказалось в нескольких сантиметрах от моего. Я захрипела.

Думай, Рейна, думай.

Мысли лихорадочно метались в голове.

— И ты решил отомстить через меня? — я пожала плечами, насколько это вообще возможно, когда чужие пальцы сжимают твое горло. — Через любовницу старшего брата? Как ты там сказал — грелку для постели?

Глаза Эйрика вспыхнули ледяным пламенем:

— Не играй со мной.

— А то что? Убьешь меня? Ради этого ты притащил меня сюда?

Эйрик не ответил. Гнев на его лице вдруг погас, как гаснет пламя свечи, и вместо него остается только темнота. Несколько секунд он разглядывал меня с тем холодным отстраненным любопытством.

Хватка на моей шее ослабла, но легче от этого не стало. Пальцы Эйрика медленно заскользили по коже: вниз по ключице, а потом назад, выше, к подбородку. Он приподнял мое лицо, заставив посмотреть ему в глаза, и погладил большим пальцем по щеке. Меня затошнило от отвращения. Я дернулась, пытаясь отстраниться, но вторая ладонь обвилась вокруг моего предплечья.

— Тише, — промурлыкал он. — Тише.

Взгляд его скользнул вниз, к моему горлу, где наверняка уже наливались темным цветом отметины от его пальцев.