Онлайн книга «Обсидиановый огонь»
|
Грудь была цела — ни раны, ни следа Теней на чешуе. «Рейна!» Молчание. Нить между нами полыхала. Золото мешалось с чернотой и гасло, как гаснет последний солнечный луч перед неизбежно надвигающейся тьмой. Она должна быть во Фростхейме. В замке, за стенами, в безопасности — я приказал ей остаться! Зверь внутри яростно взревел. «Рейна, да ответь же мне!» «Ну, здравствуй, дракон, — голос, зазвучавший в моей голове, не принадлежал Рейне. Низкий, бархатный, лишенный всякого намека на тепло.— Я так давно хотела с тобой познакомиться». Каждая пластина чешуи на моей коже встала дыбом. Ярость взвилась внутри, словно темное и безудержное пламя, готовое вырваться на свободу. «Вон! Ты сейчас же уберешь свои когти от ее сердца!» Ответом мне послужил тихий, переливчатый смех, от которого по позвоночнику поползла ледяная дрожь. «И не подумаю. Знаешь, дракон, какое это наслаждение — чувствовать? Дышать чужими легкими, ощущать ветер на чужой коже, слышать стук чужого сердца… Это тело… Потрепанное, конечно. Не идет ни в какое сравнение с тем, что у меня было… Сломанное колено, выступающие ребра, шрамы от моих же детей… Но ничего. Это можно исправить. А тут еще и ты. Ваша связь… — мурлыкнула она. — Как давно я не чувствовала себя живой». «Я тебя уничтожу». «Что? — в ее голосе скользнуло веселье, легкое и искреннее, как у ребенка, которому показали новую игрушку. —Что ты со мной сделаешь? Убьешь? Сожжешь? Может, заморозишь? Вот только тогда твоя драгоценная Рейна умрет первой. Ты это понимаешь?». Бездна. Я это понимал. Стоя перед Разломом, забыв, как дышать, и с трудом подавляя рвотные позывы, я чувствовал, как Ксералия растекается внутри Рейны тягучей жижей, обволакивая каждый орган, затапливая сердце и легкие. А за ними и все остальное. «Я пройдусь по континенту и соберу жатву за века, что провела в этой клетке. Выжгу ваши города, и леса, и поля… А ты, дракон… Ты будешь со мной. Я вижу тебя насквозь. У тебя не хватит духу покончить с ней даже ради спасения мира. И когда я устану от твоих метаний, то сама убью тебя. И знаешь, что будет последним, что ты увидишь? Тьма. Тьма в янтарных глазах твоей драгоценной Рей…» Голос Ксералии оборвался на полуслове. Новая волна агонии накрыла меня с головой. По нити прокатился пронзительный визг. Богиня Тьмы билась, рвала и метала, скребла когтями по внутренностям, и каждый ее удар отдавался в моем теле новой вспышкой боли. «Ты! — вопила она. — Не посмеешь! Предатель! Ты был моим братом! Моей кровью!» Ксералия выла. Плевалась проклятиями на языке, который был старше драконьего. Но я чувствовал, как другая сила стягивает цепями сердце Рейны. Одна печать, вторая, третья… И от каждой новой у меня темнело в глазах. Я не видел, что делал Мор. Мог только стоять и чувствовать, как моей Рейне ломают грудную клетку изнутри. Как она это выдерживала? Почему ей — из всех живых существ на этом проклятом континенте — это досталось? «С каких пор ты стал таким человечным?!» — верещала Ксералия. Тьма отступала, таяла, втягивалась обратно. «Будь ты проклят, Мор». И в этот момент я был готов с ней согласиться. Мне отчаянно хотелось разорвать его на части. Вырвать позвоночник и закусить костями. Боль схлынула, оставив после себя гулкую пустоту и тишину, от которой звенело в ушах. Черное пламя угасло, оставив на стылых камнях ущелья только копоть и запах горелой серы. Разлом за мостом по-прежнему пульсировал багровым, но поток Теней из него прекратился. |