Книга Обсидиановый огонь, страница 19 – Айза Таллер

Третье испытание. Элиора называла его испытанием верности. Она требовала безоговорочного подчинения от девочек, идущих за ней. Заставила нас с Калистой сражаться друг с другом, погубила собственную дочь и Аурелию. И одним богам было известно, что эта женщина могла счесть достойной платой за магию.

— Я не буду об этом говорить, — отрезала Лия, и в ее голосе не осталось привычной легкости.

— Лия?

— Я не буду об этом говорить! — повторила она. — Я никого не убила, если тебя это волнует. И по-прежнему могу прикрыть тебе спину. Как всегда, Рейна.

— Бездна, да я не это имела в виду! Лия…

Я нахмурилась. Это было так непохоже на нее. Моя дорогая, солнечная Лия. У нее всегда в запасе была шутка и улыбка для всех.

— Эй… Не злись. Просто скажи, что происходит?

— Ничего. Просто… Ты не понимаешь, — она всплеснула руками в отчаянии. — У тебя есть Рагнар. Ваша связь. Не знаю, как это работает, но ты здесь как будто стала цельной. Словно тебе не хватало какого-то кусочка, и вдруг он нашелся.

Я скривилась:

— Мы только что поругались.

— Рейна, ты сама себя слышишь? Вы с ним связаны навечно. На-веч-но… — протянула она и горько усмехнулась. — Пока смерть не разлучит вас? Что бы ни случилось — у тебя есть он. А у меня… только тени в голове и тишина вокруг. Настолько оглушительная, что иногда хочется закричать, просто чтобы услышать хоть какой-то звук. Боги, Рейна, иногда мне кажется, что я схожу с ума. Я не умею сражаться, как ты. У меня нет магии. Я даже гребаную картину теперь нарисовать не могу!

Лия в отчаянии опустила взгляд на свои руки, будто надеясь найти в них ответ: тонкие длинные пальцы с аккуратно подпиленными ногтями и огрубевшей кожей на подушечках, как у меня. Она сжала их в кулак, потом снова разжала, словно проверяя: осталась ли там хоть капля прежней силы.

Горячий стыд захлестнул меня: забывшись в собственных переживаниях, я совсем не подумала, каково ей.

— Лия… — я потянулась, чтобы обнять подругу. — Это ты спасла меня… Если бы не ты…

— Забудь, не нужно рассыпаться в благодарностях, — она ловко вывернулась из моих рук.

— Лия, давай поговорим об этом?

— Рейна, я всего лишь неудачно пошутила.

— Пошутила? — мои брови удивленно поползли вверх. — Прости, но это совершенно непохоже на шутку.

— Давай притворимся, что этого разговора не было, а? — в ее голосе зазвучали умоляющие нотки.

— Но я готова тебя выслушать!

— А я не готова говорить, — перебила она. — Никому не интересно видеть страдающую девочку, и я не собираюсь в нее превращаться. У меня сегодня другие планы.

Не глядя на меня, она направилась к двери.

— Лия, я — не все. Я…

Но она уже не слушала меня. Остановившись у порога, Лия обернулась, и на ее лице снова появилась улыбка. Та самая, яркая и упрямая, и мне оставалось только гадать: откуда у нее брались силы улыбаться так, будто мир вокруг в порядке.

— Давай поторопимся, — сказала она со своей привычной беззаботностью. — У меня сегодня в планах напиться и танцевать до утра. Знаешь, как мне в храме этого не хватало?

— Чего? — я недоуменно уставилась на нее, удивленная внезапной переменой настроения.

— Эля, конечно! И танцев! Ну же, Рейна, не смотри на меня так. Праздник Огней бывает раз в году. Так что я намерена пить, танцевать и, если повезет, пожалеть об этом утром. Если завтра нас сожрут Тени — будет хотя бы не так обидно.