Книга Сообщница Злодея, страница 53 – Ханна Николь Мерер

С созданиями Судьбы Александр познакомился на одном из первых уроков по истории волшебного края – это были существа, которых воплотила лично Судьба. И что бы гивр ни разглядел в Александре, ему это явно не понравилось, поскольку он поспешил убраться от него как можно дальше.

Тристан опустил взгляд на Александра:

— Как-то ты ему не понравился. Кажется, он первый такой.

Не первый, но Александр решил опустить вопрос королевства: на эту историю мела не набралось бы на всём континенте.

Так что он просто написал: «ВТОРОЙ».

Тристан фыркнул, слегка повеселев:

— Ну, надо думать, чародейка, которая прокляла тебя, тоже от тебя не в восторге. Учитывая, что твои родители бросили её в тюрьму по ложному обвинению. Все эти годы я думал, что она умерла. Мать говорила, её казнили по обвинению в твоём «убийстве».

«Считай, одно и то же».

Но этого Александр тоже не сказал. Он накорябал на табличке ещё одно слово, вдруг обратив внимание, какая маленькая у него лапка, какой он весь маленький. «ПРОКЛЯТИЕ».

Тристан осторожно просунул руку сквозь прутья решётки, и гивр уткнулся ему в ладонь головой. Чешуйки на свету рисовали радужный ореол вокруг зверя.

— Надо больше работать над тем, чтобы расколдовать тебя, Александр. Нельзя было так сразу опускать руки. Просто знай, что я не сдался, даже если тебе так не кажется. И не сдамся.

Александр подскочил к другу, вспрыгнул на блестящий сапог. Тристан посмотрел вниз, и Александр покачал головой.

«Ты годами бился над этим, Тристан. Я знаю, ты пытался».

В первые несколько месяцев после обращения Александр каждый день просыпался и сразу погружался в пучину отчаяния. Империя Злодея только строилась; у Тристана не было ни союзников, ни ресурсов, ни повода тратить время на что-нибудь, кроме своих дел. Но это не имело значения: сколь бы ни были скупы его возможности, Тристан пользовался всем, чтобы найти способ снять проклятие. Александр смотрел, как друг платит деньги, которые у него почти не водились, чародейкам-мошенницам, специалистам по проклятьям, но те отказывались помочь, тратит средства на ложные следы, ведущие к чародейке, наложившей заклятие. Как друг терпит поражение снова и снова.

Будь Александр человеком, он сказал бы Тристану, что они оба потеряли себя в тот день, и обоим пришлось с боем пробиваться, чтобы стать теми, кем они стали. Лягушкой и Злодеем.

Но у Кингсли устала от писанины лапка, поэтому вместо того, чтобы выразить свои мысли тем способом, каким он научился, он посмотрел на старого друга и сказал то единственное, что умел:

— Ква!

Тристан поднял его и посадил на плечо.

— Рад, что мы сходимся во мнении насчёт того, какой я отвратительный друг. Ай!

Александр шлёпнул его левой лапой по затылку, с успехом донеся до Тристана мысль, что вовсе они не сходятся ни в каком мнении.

— Пойду проверю, как там Сэйдж, добралась ли до своей комнаты, а потом, может быть, попробуем отдохнуть пару часиков до рассвета.

Александр кивнул, но стоило Тристану на шаг отойти от клетки, как раздался тихий скулёж. Тристан остановился, потом на пробу сделал ещё шаг. Одинокое животное за решёткой снова заскулило.

Боги… Злодею только этого не хватало. Он был на пределе.

— Да чтоб тебя, – пробурчал Тристан. – Вот как мне, спрашивается, бросить эту грустную нюню в таком состоянии? Слушай сюда! – Тристан ткнул пальцем в гивра. – Мне надо проверить, что моя ученица добралась до комнаты без приключений, но потом я вернусь, если успею перед сном.