Книга Дракон с условиями. Целительницу не предлагать!, страница 61 – Любава Ливада

— Не скажу, но его. Он так и ушел с ним на голове, а для пущей убедительности я еще его метлой “кыш-кыш”, — все это я показывала резво размахивая руками.

— Тебе конец, — подытожил мой говорящий горшочек.

— Согласен, — успокоился дракон, приземляясь на стул. — Ничего не может быть хуже, чем задетое самолюбие и позорная порка от хрупкого нежного цветочка — усмехнулся мужчина.

Я налила в стакан воды и выпила его залпом.

— Не преувеличивайте! У нас другая проблема!

Но часовые споры, в которых я пыталась доказать необходимость уступить мэру Анне и больному, были с треском провалены. Только горшочек заступался, он никогда не был на таких мероприятиях и мечтал поскорее там оказаться.

В общем, рассорившись в край и высказывая друг другу все что мы думаем, разошлись по комнатам. Дракон занял мою спальню, крепко заперев двери, Анна вообще ушла к себе домой, а я снова пошла спать в комнату тетушки.

А ночью, пока мы крепко спали, вымотанные руганью в лавке случился новый погром. Кто-то разбил окно и кинул внутрь магическую бомбу. Взрыв

был не очень большой, жилой этаж не пострадал, но сама лавка.

День и так был паршивый. Вечером позвонила тётушка, и я ей соврала. Снова я это сделала. Рассказала, что в лавочке всё отлично, тактично умалчивая о проблеме с мэром, о взломе ночью и о приставаниях Рэта. Тётушка Теофания была в своём заслуженном отпуске, она впервые позволила себе уехать лечиться, и я не могла нагружать её сейчас своими проблемами.

Когда легла, долго ворочалась. Перед глазами всплывал вчерашний сон и события вчерашнего дня. Я слишком близко подпускаю к себе людей и наделяю их качествами, которыми они могут и вовсе не обладать. Нужно будет завтра поставить все точки над "i" в отношениях с драконом. Пусть рассказывает о себе и, если может, улетает. Почему он этого не делает?

С мыслями о драконе, о проблемах и лжи, в которой я начинаю тонуть, я уснула. Проснулась от резкого хлопка. За ним последовали звуковые сигналы спецслужб и звонок в дверь. Я набросила платье-халат и, сонная, в надежде, что всё происходящее лишь плод моего воображения, выбежала из комнаты, где столкнулась с драконом.

— Немедленно возвращайся в комнату! Тебя может кто-то увидеть! — вполголоса прошипела я.

— Но там, — попробовал объяснить Эдгар.

— Спецслужбы. Они не навредят мне, если не увидят тебя.

Дракон сдержанно кивнул, но решил не возвращаться в комнату, а остаться сидеть на кухне. Не позабыл напомнить о своём исключительном слухе.

Я впопыхах спустилась к выходу, и моё зеркало-дворецкий тяжело дышало:

— Там такое, такое… Мужайтесь, мисс.

Я потянула за дверь, на пороге стоял капитан полисменов, за ним происходила суета и пахло чем-то горелым.

— Марита, Теофания ещё не вернулась? — поинтересовался он.

Я отрицательно помахала головой.

— Тут такое дело. На вашу лавку было совершено нападение, пострадало имущество. Возгорание мы потушили, но ущерб…

Дальше я не слышала. Я выскочила на улицу, не думая, что сейчас нахожусь в одном халате. Фасад лавочки совсем изменился. Были выбиты окна, дверь была частично повреждена, вывеска висела на одной петле. Меня не впустили внутрь, объяснив, что это может быть ещё опасно.

Я подписала несколько бумаг, предоставленных полисменами, а дальше меня подхватила Анна. Она заперла дом на ключ и настояла на том, чтобы я пошла к ней. У неё я была недолго. Её матушка поделилась успокоительными каплями, но её речи о моей безалаберности и непутёвости вынудили меня откланяться и вернуться домой.