Онлайн книга «Школа благородных девиц Терезии Ольденбургской 3»
|
— Я все же хотела бы поговорить об этом с генералом, — прошептала Саша себе под нос и схватилась за голову — в ушах опять зазвенело, а в кабинет заглянула немного растерянная горничная: — Мадам, к вам посыльный! — Проси! — сказала Саша. В кабинет вошел курьер в черной фельдъегерской форме и протянул Александре пакет со знакомой печатью. — Его высокопревосходительство просил немедля прислать ответ! — звонко сказал он. — Сию минуту, господин поручик, мне нужно сначала прочесть письмо, — сказала Александра. — Мосье Лакост, прошу меня извинить, закончим нашу беседу позже! Преподаватель ушел, а Саша вскрыла конверт, стараясь не замечать знакомого звона в ушах. Генерал просил ее срочно прислать список тех мер, которые она и фельдшер предпринимали во время карантина. Кажется, в столице, несмотря на холод, убивающий бактерии, начиналась эпидемия… Глава 49 Медведев вернулся внезапно. Александра шла по коридору, размышляя об очередном уроке для старших девочек, когда навстречу ей из кухни вывернула знакомая фигура в мундире. Пахнуло порохом, кельнской водой, сукном, а потом ее заключили в тесные объятия, из которых совсем не хотелось вырываться. — Саша, Сашенька! — едва слышное бормотание в макушку заставило Александру размякнуть, как сливочное масло. По счастью, где-то хлопнула дверь, и они отскочили друг от друга, как два подростка. — У меня сейчас занятие в старшем классе, — сказала Саша, переводя дыхание, — потом обед. Думаю, мы можем пообедать вместе в гостиной и заодно обсудить новости. Медведев коротко щелкнул каблуками: — Жду вас через час в гостиной, мадам! Александра вспыхнула, как девочка, и почти бегом отправилась на занятие. Чтобы не терять настрой, тему она взяла особую — как сохранить невозмутимость в сложной ситуации. — Итак, медам, в жизни каждой женщины случаются моменты, когда необходимо держать лицо. Вам угрожают, на вас кричат, вас заставляют сделать что-то неприятное — а вы стоите элегантно и невозмутимо, как греческая статуя, и… представляете своего противника младенцем! Барышни ахнули. — Да-да, медам! Маленький безобидный младенец с погремушкой в руке не может угрожать вам, таким большим и сильным. Главное при этом — не скатываться в презрение. Проявите участие — малышу трудно внятно выражать свои мысли, держать тяжелую голову, управлять своим телом… Барышни, переглянувшись, осторожно начали улыбаться, а Саша позвала дежурного офицера, отличающегося крайне неприятной внешностью, и попросила: — Господин Белосельский-Белозерский, прошу вас! Тот скорчил страшную физиономию и начал кричать на барышень по-простонародному, как нянька на нерадивую девку: — У, курицы безголовые! Куды расшаперились! Встали тут, как табуретки! Девицы дрогнули, вытаращили глаза, а Саша осталась стоять невозмутимой колонной. Постепенно барышни собрались, выпрямили спины и скопировали выражение лица своей «мама́н». Офицер, правда, уже устал кричать, так что Александра его остановила: — Благодарю вас, сударь, вы действительно очень помогли. Позволите предложить вам лимонаду? Отдохните, вы нам еще понадобитесь! Барышни расслабились — урок шел в зале для этикета, так что вскоре все отвлеклись, и тогда Белосельский-Белозерский виртуозно грохнул об пол тарелку и закричал капризным визгливым тоном, указывая на ближайшую девушку: |