Книга Игра Бессмертных, страница 12 – Эйрин Фаррон

Алиса и Дан заняли свои места, закипела знакомая бумажная работа: описать улики, загрузить фотографии в локальную сеть, составить протоколы. Прошло несколько часов, и наконец Драгунов поднялся и потянулся.

— Схожу-ка к Прасковьеву, – сказал он, – узнаю, когда нам ждать результаты вскрытия.

— Давай. Хотя не скажу, что мне бы хотелось их узнать, – Алиса невесело улыбнулась. – Вдруг его и правда убили.

Она откинулась на спинку кресла и запрокинула голову. Дан навис над девушкой и заглянул в ее лицо. Вверх тормашками он выглядел нелепо и даже отталкивающе из-за непропорциональности черт. Драгунов помахал перед Алисой бумажкой с черными пятнами:

— Пальчики сравнишь? Всего два вида. Один точно наш клиент, а вот второй, может, и убийца. Больше нет нигде. Стаканы брал только сам Лонгинов.

— Конечно, – девушка перехватила бумагу и стала рассматривать папиллярные линии, словно выведенные чернилами.

На одной из картинок очень четкими были, судя по рисунку, линии с большого пальца. А внизу крошечная подпись о том, что отпечаток снят с кнопки звонка на двери кабинки в клубе.

Когда Дан ушел, Алиса открыла сброшенный им через обменник УСК файл с пальцами и запустила поиск по базе. Распечатку с копиями она отправила в папку, лежавшую рядом, а потом опустила голову на сложенные руки и закрыла глаза.

Внезапно программа поиска пискнула – совпадений по одним отпечаткам не найдено, зато с другими – стопроцентное. Алиса открыла отчет и замерла, глядя на экран. Несколько раз она перечитала имя, не веря своим глазам. Если это судьба, то у нее очень плохое чувство юмора.

В этот миг открылась дверь кабинета, и заглянул Дан. Его появление отвлекло Алису, и она забыла об обладателе отпечатков пальцев. По одному выражению лица напарника девушка поняла: все плохо. Драгунов, стоя на пороге, поманил ее за собой:

— Пошли. Уговорил Прасковьева рассказать нам предварительные результаты.

Алиса выключила монитор и последовала за напарником.

В морге пахло смесью хлорки, формальдегида и спирта, в глаза неприятно бил свет флуоресцентных ламп. Игорь Захарьевич Прасковьев стоял, склонившись над прозекторским столом. Будто символы на причудливом циферблате, над патологоанатомом кружились в воздухе инструменты, и при необходимости один из них пикировал вниз, а Прасковьев ловко хватал его, чтобы применить по назначению. Некоторые лезвия были покрыты красно-коричневой субстанцией.

— Добрый день, Игорь Захарьевич, – поздоровалась Алиса, – как дела?

— Добрый-добрый, – отозвался патологоанатом, продолжая работать с телом и не оборачиваясь к вошедшим. – Чьи дела вас больше интересуют, дорогая моя Звягинцева, мои или моего клиента?

— Ваши, конечно же, в первую очередь!

Прасковьев усмехнулся и только тогда оторвался от работы. Он повернулся к напарникам, держа ладони в окровавленных перчатках поднятыми. Алиса ухмыльнулась: Игорь Захарьевич внешне был больше похож на доброго педиатра, нежели на патологоанатома. И его вид за работой постоянно вызывал страшный диссонанс у новичков. Прасковьев был низкого роста, с густыми седыми волосами, круглым лицом и веселыми глазами с лучиками морщинок, расходящимися от внешних уголков.

— Хорошо, у меня все хорошо. А вот что до моего гостя, боюсь, тут мне вас порадовать нечем.