Книга Точка Экстремума, страница 2 – Эйрин Фаррон

У многих были кибернетические имплантаты, другие тела выглядели абсолютно нормально. Он протянул руку и дотронулся до шеи ближайшего к нему киборга. Пульс под холодной восковой кожей не прощупывался. Мертвы. Почему они здесь?

Из тёмных глубин сознания на ум вдруг пришло странное слово «чистка».

Триумф, радость, ощущение собственного превосходства.

Несколько шагов в сторону от трупов – оставаться наедине с мертвецами каждую минуту хотелось всё меньше. Нужно поскорее убраться отсюда.

Помещение слабо освещалось одним-единственным светодиодом мутно-оранжевого цвета, а с интервалом в несколько секунд вспыхивала красная сигнальная лампа. Ещё одним источником света оказалось окошко большой двери в дальней стене помещения. Последний взгляд на гору трупов – и холодная сталь двери. Но едва человек подошёл к ней и взялся за двусторонний засов, по ту сторону загремели тяжёлые шаги. Пришлось притаиться, прижавшись спиной к стене.

— Вперёд, скорее, скорее! – эхом рикошетил от стен коридора грубый голос.

Свет из мутного окошка мигнул, шаги грохнули за дверью и стали удаляться. Наконец они стихли совсем. Дверь бесшумно отворилась, человек выскользнул в коридор, который, в отличие от тёмной каморки, набитой телами, был залит ярким светом. Металлическая обшивка покрывала пол и стены, острыми бликами отражая лучи ламп. Некоторое время пришлось привыкать к яркому освещению, затем выживший несмело двинулся в ту же сторону, куда убежали другие люди.

Тело моментально реагировало на любую команду мозга, несмотря на боль и слабость. Коридор наполнял странный звук, похожий на тихое гудение. Казалось, его издают сами стены. Ладонь коснулась их холодного гладкого металла, пальцы провалились в стык обшивки, затем снова поползли по ровной поверхности.

В конце коридора за поворотом была ещё одна дверь. Створки её разъехались, позволяя выжившему нырнуть в тёмно-серый мрак улицы. На него обрушилась целая лавина новых ощущений, запахов, звуков. Дрожь дёрнула плечи: воздух был прохладным. Ноздри царапнул запах бетонной пыли, пластика, металла и грязных сточных вод. Сырой ветер принёс по воронке улицы аромат дыма и гари. Что-то шипело и гудело, отовсюду доносились пронзительные крики, щелчки и стук.

Грудь расширялась и опадала, вбирая и выталкивая воздух. Холод крался по шее. Выживший тщетно пытался понять, кто же наполняет пространство тревожно-необычными, даже страшными звуками жизни.

Наконец наваждение слетело. Сделав несколько шагов, человек остановился и обернулся. Перед ним высилось небольшое двухэтажное строение с коричнево-серыми стенами без окон. Над входной дверью мерцал крошечный хромированный глаз – устройство для наблюдения.

Что-то словно толкнуло выжившего в грудь, он развернулся и бросился бежать. Свернул направо, ринулся вдоль тонувшей в ярких неоновых огнях улицы, которую со всех сторон обступали монолитно-тёмные стены безжизненных высоток. Их крыши терялись в слабо мерцающей желтоватой дымчатой мгле. На тротуарах и дороге то тут, то там неподвижно лежали люди: кто с имплантатами и киберконечностями, кто без. В воздухе разливался запах гнили, смешавшийся с вонью палёной плоти.

Проезжую часть загромождали перевёрнутые гравимобили и разномастные фрагменты уличной инфраструктуры. Человек бежал, перепрыгивая через тёмные безликие и безмолвные тела. С соседней улицы доносились крики, визг и вопли, обрываемые громкими резкими щелчками.