Книга В погоне за Луной. Том 1, страница 49 – Син Лин

— Они уже у дверей, ожидают невесту! И кого мне им предложить?! Где мне достать жену для Чун Чжао?! – проворчал Бай Сюнь и, нахмурившись, принялся ходить взад-вперед.

— Отец, не волнуйтесь. Есть только один человек, который может нам помочь.

— Кто? – спросил генерал, резко остановившись.

— Чун Чжао, – твердо ответила Бай Сюнь.

Бай Сюнь ошеломленно уставился на дочь.

На извилистой тропе в сотне ли от столицы раздавался приятный звон колокольчика.

— Мэй-мэй, ты будешь сидеть на носу корабля, а я последую за тобой по берегу. И любовь наша закачается на причальном тросе^[89]…

В холщовой одежде, с травинкой в зубах прямо на спине ослика лежала девушка (правда, облик ее больше походил на мальчишеский) и радостно напевала деревенскую песню.

Ослик вдруг фыркнул и остановился. Девушка сморгнула, подняла голову и увидела, что животное смотрит на нее широко раскрытыми глазами и тяжело дышит.

Конечно, Бай Шо пока не стала бессмертной, но, глядя в глаза ослика, отчетливо слышала его мысли: «Я не хочу никуда идти, я голоден и устал».

Еще в столице она выманила его парой бананов из крытого соломой сарая. Сделку они не заключали, друзьями не стали, а теперь ослик и вовсе не двигался с места. Бай Шо вскочила на ноги и с улыбкой принялась его уговаривать:

— Братец ослик, за этой горой нас ждет Вэйчэн. Нам всего десять ли осталось. Обещаю, я найду для тебя лучшее пристанище сразу, как только мы доберемся до города! Я куплю тебе десять цзиней^[90] сена! – умоляющим голосом проговорила Бай Шо и заискивающе погладила ослика. – Что скажешь?

Ослик махнул хвостом, не купившись на сладкие речи, и начал медленно разворачиваться, чтобы пойти обратно.

Бай Шо это не понравилось. Она запереживала и, подняв указательный палец, продолжила:

— А еще я достану для тебя молоденькую ослицу! – Тут серый остановился и недоверчиво уставился на Бай Шо. – Я не вру! А если вру – быть мне собакой! – поклялась небесам Бай Шо.

Ослик удовлетворенно заревел, повернул голову и, собравшись с силами, снова двинулся в сторону Вэйчэна. Но не сделав и пары шагов, он снова замер и уставился на курган в пяти ми^[91] от него.

— Дагэ, что это там происходит? Разве может зверь понимать человеческую речь?

За курганом прятались пять или шесть мужчин с не самыми приятными физиономиями, да еще и вооруженные топорами. С первого взгляда на них становилось ясно, что это – горные разбойники. Самый тощий и маленький глядел на осла, причмокивая. Звали его У Юн, он был вторым по старшинству в банде.

— Да все может быть! Не бери в голову! Если он просто тупой, тем лучше! Заберем его и загоним к скоту. Так что придержи язык за зубами! – рявкнул главарь разбойников с квадратным лицом. Звали его Чжан Чао, он был самым злым в банде.

— Дагэ, осел смотрит на нас. Думаешь, заметил? – испуганно спросил У Юн и побледнел, будто увидел привидение.

— Прекращай бред нести! Как зверь вообще может… – сердито закричал Чжан Чао, но вдруг встретился взглядом с парой больших ослиных глаз. Безжалостному главе разбойников вдруг стало не по себе.

— Этот осел… Может, он демон?.. Монстр?.. – заикаясь предположил У Юн.

Осел сморгнул и отступил. Разбойники увидели, как от страха у него затряслись ноги, и облегченно выдохнули.

«Монстр этот зверь или нет – он нас боится!» – с гордостью подумали разбойники. Чжан Чао взмахнул топором, указал в сторону «паренька» и осла, и сказал: