Книга В погоне за Луной. Том 1, страница 39 – Син Лин

Легким движением руки вековечное священное древо раскололось на восемь частей, образовавших защитный барьер вокруг Башни усмирения душ.

Три года! От ужаса у Цзы Ханя перехватило дыхание. Он снова превратился из маленького толстого дракона в молодого мужчину и встал между Тяньци и Башней.

— Шэнь-цзюнь, это недопустимо! – с тревогой в голосе сказал он.

Тяньци предупреждающе-строго взглянул на него – темно-фиолетовые глаза вспыхнули недобрым огнем.

Испугавшись гнева истинного бога, Цзы Хань понуро опустил голову и встал позади Тяньци. Всем обитателям Верхнего Царства было известно: для того, чтобы восстановить тело верховной богини, требуются тысячи лет. Но если Тяньци собрался уложиться в три года, ему придется войти в Башню усмирения душ и пожертвовать огню Башни половину своих сил.

Это означало, что шэнь-цзюню не только придется пожертвовать половину божественной энергии ради Юэми, но и дождаться, когда она выйдет из Башни, потому что он тоже не сможет ее покинуть. Более того, если Тяньци потерпит неудачу, его сознание будет навеки заточено в Башне, пока не сгорит дотла в изумрудном пламени.

Тяньци поднял руку и легким взмахом направил свою энергию в Башню. Спокойное пламя взметнулось и вспыхнуло с новой силой, поглощая энергию истинного бога.

Изо лба Пурпурного Верховного властителя демонов в сторону восьми частей священного древа заструился второй поток силы. Когда все закончилось, он спокойно взял сгусток энергии Юэми и медленно двинулся в сторону Башни.

— Шэнь-цзюнь! – крикнул Цзы Хань, когда Тяньци скрылся в Башне. – Можно же подождать тысячу лет, и верховная богиня Юэми сама возродится! Зачем идти на такие жертвы?!

Он был с Тяньци сотни тысяч лет, они вместе пережили немало горестей. Но сейчас Цзы Хань не мог вынести того, что его шэнь-цзюнь пожертвовал половиной своих сил – фактически пошел на смерть! Безусловно, истинные боги могут жить вечно, но Тяньци лишился половины энергии. Если он не сможет вернуться в нынешнее состояние, то, скорее всего, больше не сможет жить вечно.

Тяньци поглядел на лежащий в его ладонях крохотный сгусток энергии.

— А-Хань, даже этот дурачок Юань Ци понимает, что тысяча лет – это слишком долго.

Цзы Хань уже не мог видеть, как губы Тяньци тронула улыбка.

— Кроме того… Три повозки вина у стен моего дворца давно пора бы открыть.

С этими словами Тяньци вошел в Башню усмирения душ, оставив позади сине-зеленого дракона.

С того дня на горе Пурпурной луны снова начались спокойные дни. Только один маленький и толстый дракон прилежно сторожил ворота, ожидая, когда минуют три года и врата в Башню усмирения душ снова распахнутся.

В мире людей три года пролетели незаметно. За это время Бай Шо бесчисленное множество раз сбегала из дома, но отец-генерал всегда находил ее на подступах к горе. Если бы не доброта канцлера, на заднице Бай Шо давно бы живого места не осталось. Родители, конечно, были крайне обеспокоены настойчивым желанием своих строптивых детей, Бай Шо и Чун Чжао, обрести бессмертие. Так уж вышло, что они были самыми младшими и в меру возраста любили подурачиться, а потому и отделывались лишь выговорами. Только Бай Си пристально наблюдала за сестрой с тревогой и заботой.

Время пришло. Через два дня трехлетний период затворничества Тяньци в Башне усмирения душ должен был закончиться. Цзы Хань внимательно осмотрел восемь частей священного древа – хотел убедиться, что сила Пурпурного верховного властителя демонов не исчезла и что оно может защитить Башню. После дракон спустился с горы, и, поймав осенний ветер, полетел в Царство Бессмертных к своему дальнему родственнику – Царю драконов Восточного моря. У драконов всегда было много сокровищ, так что это путешествие было совершено не даром. Дорога от горы Пурпурной луны до Восточного моря занимала полтора дня. Значит, он вернется как раз к тому времени, как Тяньци выйдет из Башни.