Книга Развод с драконом. Мой новый муж - драконоборец, страница 11 – Соня Громова

Он потер подбородок.

— За то, что промолчал.

Я некоторое время разглядывала его.

Капитану было немного за сорок. Десять лет военной службы сделали его человеком осторожным. У него были жена, двое сыновей, и он давно мечтал получить назначение поближе к родному городу.

Эйдар решал, куда направят его подчиненных.

— Ты находишься у него на службе, Ренн, — сказала я.

— Это не оправдание.

— Нет. Но я хотя бы понимаю причину.

Он выдохнул.

— Если понадобится помощь...

— Ты можешь сказать, кто подписывал бумаги об отправке медицинских обозов на прошлой неделе?

Капитан замолчал.

Я заметила, как изменилось выражение его лица.

— Почему спрашиваешь?

— В документах ошибка. Пытаюсь разобраться.

— Снабжением занимался Торен Орвес.

— Брат Селины?

Ренн кивнул.

— Его назначили ответственным за несколько перевозок. Насколько я знаю, полковое начальство это согласовало.

— Эйдар?

— Не могу сказать наверняка. Я этими бумагами не занимался.

Я не стала настаивать.

— Спасибо.

Капитан задержал меня, когда я уже собиралась уйти.

— Мирена.

— Да?

— Будь осторожна с Орвесами.

— Почему?

Он посмотрел в сторону двери.

— Не все люди становятся богатыми благодаря удачной торговле.

Больше он ничего не сказал.

* * *

После лазарета я отправилась к своей бывшей наставнице.

Мастер Астрид Нерн жила в небольшом доме за медицинской академией.

Когда-то она преподавала там лечебное дело, а теперь занималась подготовкой молодых лекарей и принимала пациентов по предварительной записи.

Астрид было за шестьдесят. Волосы она коротко стригла, очки постоянно теряла, а к большинству чиновников относилась с плохо скрываемым раздражением.

Мне она нравилась еще с первых лет учебы.

Именно Астрид однажды сказала, что хороший лекарь должен уметь признавать собственную ошибку быстрее, чем пациент успеет пострадать от его упрямства.

Я часто вспоминала эти слова.

К сожалению, в семейной жизни пользовалась ими редко.

Наставница открыла дверь сама.

Посмотрела на мое лицо, на дорожный плащ, затем спросила:

— Умер кто-то?

— Нет.

— Тогда почему такой вид?

— Я развожусь.

Она посторонилась.

— Заходи. Чайник горячий.

Через несколько минут мы сидели на кухне.

Астрид выслушала мой рассказ, ни разу не перебив. Только когда я дошла до гранатового ожерелья, она медленно поставила чашку.

— Твое украшение?

— Да.

— На его любовнице?

— Да.

Наставница покачала головой.

— Какой же он все-таки болван.

Я невольно улыбнулась.

— Я ожидала более медицинского заключения.

— Могу подобрать длинное название, если понадобится.

Она долила мне чая.

— И что теперь?

— Не знаю. В лазарете меня уже отстранили. В столице Эйдар может устроить так, что никто не захочет брать меня на работу.

— Диплом он отобрать не способен.

— Знаю. Но дипломом не заплатишь за жилье.

Астрид нахмурилась.

— У тебя есть сбережения?

— Немного.

— Хорошо. Значит, не все потеряно.

Она поднялась, подошла к шкафу и начала перебирать бумаги.

— Помнишь, я говорила тебе о вакансии на севере?

Я вспомнила.

Несколько месяцев назад наставница прислала письмо. В каком-то пограничном городке искали лекаря, готового возглавить местный лазарет.

Я ответила отказом.

Эйдар тогда собирался в очередной поход, и мне казалось невозможным оставить его одного.

— Помню.

— А предложение все еще действует.