Книга Сиротка для ректора Академии Покорителей Измерений, страница 43 – Эля Шайвел

— Это её лицо? — шепнула я.

— Не знаю, но орёт она с другой стороны, — раздражённо ответил Шелл, продолжая царапать визжащую девушку. — Хотя кажется, что орёт она из Аметистового Измерения! Вот это голосина!

С размаху (но не очень большого, я же не хочу убить подругу!) я ударила по тому месту, где предположительно у Дианы должен был быть затылок.

Раздался глухой звук и девушка осела на пол. Мамочки, надеюсь, это не сильно ей навредило!

Я начала судорожно разматывать подругу. Шелл уселся рядом и начал деловито вылизываться и гонять своих сумеречных блох, косясь на мои потуги.

Пришлось в итоге порвать ткань, чтобы открыть лицо подруги. Я дёрнула слишком сильно, так что бывшая деревянная опора балдахина заскользила с кровати и с грохотом упала на пол.

Смущённо стиснув зубы в нелепой улыбке, я оглянулась и увидела Джейсона, спокойно стоящего у двери, облокотившись на стену.

Поиграв желваками, ректор сказал:

— М-да, пусти кота в огород, а первокурсницу в свою постель. Кровать разнесли, грохот подняли, демона обезвредили. Даже не знаю, аплодировать вам или ругать вашу дружную, но неуклюжую команду.

— А за что нас ругать? — возмутился кот, оторвавшись от своего любимого вылизывания. — Подумаешь, немного бардак навели. Ну так тебе-то это убрать, господин ректор, ничего не стоит. Зато вон грымзу обезвредили.

Ректор продолжал молча стоять и смотреть на нас. Ни один мускул не дрогнул на его лице.

— Шелл, это не грымза, а моя подруга, — теперь уже возмутилась я.

— Эх, не умеешь ты хозяйка в людях разбираться, — с горечью произнёс кот. — С прохиндеем спишь, с грымзой дружишь.

— Моё сердце ухнуло куда-то в район живота. Что несёт этот кот, демон его побери!

Я вновь метнула взгляд на ректора. Мужчина слегка вскинул брови и легонько улыбнулся. Едва заметно. Или мне показалось и я додумываю⁈

— Повезло тебе, что я тебе попался — верный и пушистенький, хоть и демон третьего уровня. А прохиндея с грымзой второуровневой ты это, бросай. Не нужны они тебе, — ворчливо произнёс кот и снова начал смачно выгрызать блох из пуза.

— Ни с каким прохиндеем я не сплю! — рявкнула я на фамильяра.

— Но это же постель этого чёрного ректора? — Шелл оторвался и удивлённо посмотрел на меня, округлив свои кошачьи глаза.

— Да, — безнадёжно сказала я.

— Ну тогда, что я не так сказал? — изумился кот. — Спишь с прохиндеем. Не спи.

— Я там спала одна! — прошипела я.

— А хотела бы, чтобы не одна, я-то знаю, — деловито проворчал засранец, а я готова была под землю провалиться.

Вот теперь ректор точно ухмыльнулся. Боги, он всё поня-я-я-ял. Ну Шелл, ну, маленький мохнатый мешок.

— Заткнись, Шелл! — завопил я, равномерно заливаясь краской. Мать моя, что теперь ректор подумает обо мне⁈ — Ты что за чушь несёшь⁈ Брысь в свой мир, немедленно.

— Ну, хозяйка, не надо! Меня блохи замучали уже. Не будь так жестока! — заныл кот, умилительно округлив глазки.

Я шумно вздохнула. И правда, выглядел он неважно: местами уже появились расчесы. Надо будет почитать, как лечить раны у сумеречных котов.

Но когда засранец открыл дальше свою мохнатую варежку, я резко пожалела о сиюминутной жалости к этому паршивцу.

— Вот если бы я чаще тут с тобой бывал, может быть, и чушь не болтал. А то я же не знаю, что чушь, а что нет, — невинно хлопая своими огромными глазёнками, угрожал мне мохнатый паршивец. — А то мало ли что ещё за ЧУШЬ я решу сболтнуть. Ты же даже с этой грымзой полосатой дружишь, а меня прогоняешь постоянно.