Книга Снежный герцог, страница 17 – Таня Волова

Жанна вздохнула и сказала:

— Ясно. Я понимаю твою боль и то, что ты к ней чувствуешь. Она дорога тебе, и ты не можешь её потерять и рассказать ей о своих чувствах. Ты же знаешь, что мне важна только власть и трон. А не любовь. Я не сильно верю девушкам и не хочу, чтобы она страдала.

Я объяснил:

— Она проникла в моё сердце, и я не хочу её потерять. Но я не могу быть с ней, пока не верну трон. На голове я носил брошь с голубым алмазом, что даёт мне силу и контролирует её. Это символ моей власти, и то, что я единственный наследник, как снежный герцог и принц. Трон по праву принадлежит мне. Когда всё закончится, я верну трон и стану новым правителем, тогда заберу её к себе. И тогда я буду готов признаться ей. Она верит и ждёт этого. Но моё сердце не так легко растопить.

Жанна хорошо понимала меня и поддерживала во всём. Она выросла рядом со мной, когда меня избивали и кричали на меня, сделали из меня жёсткого, холодного, грубого тирана. Показывали, что любовь — это плохо, всего лишь игра, которая может сделать больно, ранить твоё сердце и душу. Что ты больше не сможешь любить и быть, чувствовать. Тогда она сказала, что я не стану таким же, как они. Я другой внутри, и она это видела.

Она была мне очень дорога, и я искренне верил, что рядом с ней смогу стать лучше и добрее.

Я с удовольствием откусил кусочек пирога и с наслаждением сделал первый глоток. Как же вкусно! Я всегда был неравнодушен к хорошей еде.

Жанна, увидев, как я ем, с улыбкой наблюдала за мной. Я не стал рассказывать ей о волшебном обруче, который помогал мне контролировать свою силу.

Однажды, находясь в пещере, я обнаружил на камне серебряное украшение с голубым камнем. Я взял его в руки и с любопытством рассмотрел. Затем, вздохнув, я решил забрать его с собой. Я почувствовал в этом украшении какую-то необъяснимую силу.

Когда я надел его, мои глаза загорелись голубым светом. С тех пор я не снимал его, даже во время сражений. Он придавал мне силы, уверенности и страсти. Никто, кроме Жанны, не замечал его на мне.

Однажды она заметила, как он сияет, и спросила, где я его нашёл и что это такое. Она поняла, что он мне поможет, и что я — сильный и единственный наследник престола.

Я встал из-за стола, и Жанна, взглянув на меня, произнесла: «Ты должен признаться ей. Я уверена, что она будет рада услышать и принять твои чувства».

«Хорошо, я скажу ей, как только верну свой трон», — ответил я.

«Обещай, что скажешь: „Аарон, я хочу, чтобы ты был счастлив“», — добавила она.

«Обещаю», — прошептал я. — «Завтра же отправлюсь в своё королевство, свергну его, верну трон и признаюсь ей».

Жанна, одетая в зеленое платье, с распущенными волосами, сидела за столом.

«Я хочу, чтобы ты тоже была счастлива и встретила своего мужчину», — сказал я.

Она рассмеялась: «Эх, я уже не так молода, чтобы влюбляться. Мне почти 50, я всё время растила тебя, заботилась о тебе…» — вздохнула она с легкой грустью и встала.

Я спокойно спустился с лестницы, подошёл к ней и положил руки ей на плечи. Она нежно улыбнулась, и, глядя в её глаза, я произнес с улыбкой: «Ты мне как мать и друг. Я люблю тебя, Жанна. Ты лучшая, красивая и сильная женщина».

Я давно хотел сказать ей это и поцеловал её в лоб. Она улыбнулась, нежно погладила меня по щеке и произнесла: «И я люблю тебя всем сердцем, Аарон. Ты мне как сын. Ты стильный и красивый мужчина, гордый, умный и храбрый, с холодным сердцем. Верни трон и уже наконец признайся ей. Она ждёт. И больше не веди себя как мальчишка. Не бойся снова полюбить, довериться и открыться».