Книга Злодейке тоже нужен Хэппи-Энд. И дракон, страница 18 – Алена Шашкова, Василиса Лисина

А меня так и оставил на домашнем обучении. Ведь я позор рода. Бельмо на его глазу. Ущербная... в семье идеальных”...

“Сегодня за столом накрыли на четверых. Отец сказал, что я не оправдала его ожиданий, и буду ужинать в своей комнате, чтобы не портить ему настроение.

Но меня вернули, когда в гости внезапно нагрянул генерал Блайд. Кара только и делала, что весь вечер флиртовала с ним, постоянно подчеркивая то, что у меня нет магии.

Ненавижу.

Кара удивится, когда обнаружит с утра мокрую кровать...”

“Отец сказал, что пришло мне время доказать, что я не совсем бесполезна. Я должна выйти замуж за Сандра Кранша.

Он сказал, что раз уж боги не дали мне ни каплю магии, то я должна послужить семье собой”.

Козел. Как можно было столько лет жить рядом с этим манипулятором, да еще и жаждать его признания? Его любви?

Просто читая строки, записанные идеальным почерком с красивыми завитками, я как будто прочувствовала то, как Элен билась изо всех сил, доказывала, из кожи вон лезла. А в ответ получала только пренебрежение.

"У меня действительно появился шанс! Если я соблазню Сандра Кранша, если стану женой хранителя Врат, отец, наконец, поймет — я не бесполезна. Я не хуже Кары и Адриана!"

У Элен не было нормальной семьи. Тут, в огромном дорогом доме Элен была одинока, она ненавидела своих старших брата и сестру, потому что отец всегда ставил их в пример, о них рассказывал, они для него СУЩЕСТВОВАЛИ. А младшая дочь была пустым местом.

И не удивительно, что в итоге из маленькой девочки, которую я видела, потеряв сознание, выросла стерва, готовая идти по головам. Потому что по ней ходили все.

Но еще более удивительно было то, насколько Элен была одарена. Вместо магии ей доставалось очень яркое понимание артефактов — она не просто разбиралась в их устройстве, она как будто общалась с ними.

На полях постоянно мелькали заметки с идеями и схемами. И тут уже Каре приходилось завидовать Элен. Она не гнушалась воровать записи своей младшей сестры и выдавать за свои. У Элен ни разу не вышло доказать обратное, поэтому она даже перестала пытаться.

А вот с Адрианом, старшим братом, отношения были более сложными. Элен также замечала, как его хвалит отец. Но Адриан никогда в присутствии других не цеплял сестру, зато отрывался наедине. И поэтому их общение можно было описать как “подпольная война”.

И вот теперь я в теле этой недолюбленной девочки, в которой потребность быть любимой трансформировалась в желание вырвать зубами эту возможность. Но я-то не такая!

Пусть моих родителей нет уже давно, но я помню, что они меня любили. А бабушка заполнила пустоту от их потери и окружила заботой. Она была очень прямолинейной, честной и совестливой, и постаралась вложить в меня те же качества. Это мне часто мешало, но я даже не могла себе представить, что можно действовать как Элен.

Лежа в темноте и рассматривая полог балдахина, понимаю, в какую передрягу попала. Как же мне хочется проснуться завтра утром на своем ортопедическом матрасе, в своей квартире, где никто не угрожает мне смертью и не заставляет соблазнять чужих мужей! Но вместо этого…

— Госпожа, пора вставать!

Просыпаюсь от легкого прикосновения прохладной руки служанки. Уже, конечно, не так противно, как от стакана ледяной воды на лицо, но тоже не сверх-удовольствие.