Книга Боевые девочки любят длинные стволы. Том 1, страница 124 – Игорь Павлов

Свободное пространство сужается. Не только аномалия, но и прожектора теперь хорошо освещают обшивки да каркасы, которые в сотне метров, а то и ближе. Теснота ощущается не только вокруг, но и внутри кабины. Не привыкшее к таким ограничениям тело начинает уже выть. Хочется выпрямиться и потянуться, а никак.

Сенсорный столбик подскакивает на детекторе движения! Сердце падает в трусы!

— Да твою ж налево! — Выругался. — Что? Что там⁈

Педали — пятками в пол! Левой гашеткой — в направление сигнала. Притормозив реверсом, как учила Элька, вглядываюсь в прицел, наведя на подсвеченный красной сеткой, выплывающий из крупного разъеденного каркаса небольшой объект, напоминающий люк с округлой рамой. Хм… так и есть! Летит себе стороной, как ни в чём не бывало.

Только расслабил булки, над башкой просигналило о столкновении! Прямо в меня кусок обшивки понёсся! Поддав газку, едва успел свалить с пути трёхметрового куска. Пролетая мимо, повернулось полотно, демонстрируя сидящего на нём полутораметрового паука! Вернее, чёрная тварь, поблёскивающая гранями, на него лишь походила, четыре лапы, луковица посередине.

— Может, дохлый? — Спросил у вымышленных зрителей, продолжая вести запись. — Или просто на обшивке катается?

А тот как прыгнет на меня! Курок дёрнул с перепуга! Очередью из пулемёта на его части разметал. Лучей сорок унеслось дальше, ударяясь в каркасы с кратковременными искровыми вспышками. Со спины ещё два урода несутся! Левая педаль — пятка, правая — носок, резкий поворот, гашетку на цель! Дал по ним две очереди с руки и с плеча, разваливая легко. Тварь в труху, смольно–чёрные капли поблёскивая белым в мелкую субстанцию собираются, которая начинает болтаться, как дерьмо в проруби. «Мама» эту хрень подсвечивает, пунктиром показывая, что надо брать.

Подлетаю, а она в шланги на боках сама втягивается в резервуары.

— Плазма арани первого уровня получена, — раздаётся низким электронным голоском.

А, это и есть ресурс. Понятно.

Третья сопля метрах в сорока болтается, но мне не до неё.

Защитное поле замерцало! Проценты мощности перед глазами начали сматываться, пять секунд промедления, уже девяносто один! Какие–то мелкие шипы отлетают от меха. Не зеваю, шевелюсь быстрее: пятка–носок–носок! Бросился в сторону, уходя с линии огня, и увидел–таки тварь, спрятавшуюся в небольшом каркасе, из которого та и пускала свои гадкие пики. Тоже паук, только покрупнее, тело из двух луковиц состоит — из них и летит эта дрянь. Долго не думая, прямо на лету дал сразу с двух пулемётов, разбивая всю позицию. Судя по просачивающейся и формирующейся субстанции, прикончил ублюдка.

Немного пометался ещё, ожидая новых атак. Но всё быстро улеглось. Убедившись, что больше не лезут, собрал оставшуюся плазму. Стрелявший шипами отобразился в базе, как «арани второго уровня».

Дальше двинул уже накрученный и дёрганный, как пугливая белка. Пространство стало расширяться, уродливые каркасы отдалились, растворяясь в черноте. Пользуясь прямыми отрезками, начал ускоряться, ибо счётчик кислорода напомнил мне о том, что я здесь отнюдь не прописался.

Свет от различных аномалий продолжает озарять путь, вырисовывая теперь бесконечный лабиринт, где можно бродить не только меж стен из прилипших друг к другу кораблей, но и разгуливать внутри них. Особенно в колоссальных бандурах, которые всё чаще возникают вдоль моего пути. Некоторые, смахивающие на панцири краба, достигают до полукилометра, судя по данным анализатора. Вряд ли такие сотворены человеком, скорее это следы былого величия их врагов, с питомцами которых местные до сих пор возятся.