Книга Генеральный дьявол, страница 69 – Аля Алая

— Уведите ее отсюда, быстро! — Кивает в сторону Вики, не оборачивая. Все еще не сводя с меня своего черного взгляда.

Вика не сопротивляется, когда ее апатичную и слабую стаскивают с дивана два здоровенных мужика. Закрываю лицо ладонями, потому что смотреть не могу. Все понимаю, все. Но в стороне быть не могу. Глупая, тупая, я всю жизнь буду ходить по одним и тем же граблям.

— Майя, пожалуйста, — долетает до меня сдавленное рыдание.

— Тимур, — хватаю Кайсарова за руку, — куда вы ее?

— Туда, куда должна была поехать ты.

Дверь захлопывается, оставляя нас с ним наедине.

— Не смей ее жалеть, — шипит сквозь зубы.

— В тюрьму?

— Ей там самое место. Эта сука тебя чуть не убила, она тебя в спину толкнула, — Кайсаров снова встряхивает меня за локоть, — прекрати по ней рыдать.

Отвожу взгляд от Тимура, локоть вырываю. Ну не умею я над растоптанным человеком глумиться.

Разворачиваюсь и иду в сторону спальни. Мне хочется немного побыть наедине с собой. Как-то переварить все, что только что случилось. А лучше отмыться к черту от всего!

— Стой, — Кайсаров идет следом, — что она рассказала? Я должен знать.

Приходится повернуться, снова посмотреть ему в глаза:

— Сергей все придумал, ее подбил, — стараюсь говорить спокойно.

— Ну конечно…

— Брось, Вика… она… — я вздохнула, — не из тех, кто придумает подобное. А Сергей умный. Был. Она видела его потом, — мой голос сипнет. Я не видела, но почему-то ясно представляю Сергея таким, как Вика рассказала. С пустыми стеклянными глазами и дырой между ними. Эта воображаемая картинка меня пугает до чертиков, — мертвым. Она боится, она …

— Нельзя быть такой сердобольной, Майя. Сожрут.

Мотаю головой, разворачиваюсь и снова пытаюсь уйти.

— Я накажу всех сам.

— Всех? — Оборачиваюсь на него. Стираю слезу, ползущую по щеке, сверлю Кайсарова обиженным взглядом.

— На меня намекаешь?

— Могу и прямо сказать, — задираю подбородок, руки на груди складываю. Пусть не думает, что я все забыла, — то, как ты поступил со мной, немногим лучше. Ты меня запугал, ты воспользовался мной, шантажировал. Правда в том, не согласишь я на все, давно бы уже в тюрьме гнила. Ты бы даже не разбирался, ведь так? — Голос мне отказывает, перехожу на шепот, — и даже когда узнал правду, ты просто бросил в меня своими деньгами. Я здесь потому что выбора у меня нет!

Глаза Кайсарова превращаются в две узкие щелки. Он подбирается весь, кулаки прячет в карманах. Выдыхает с надменным смешком.

— Вот значит как? — Тимур надвигается на меня, я инстинктивно отступаю.

— Именно так. И я знаю, тебе даже не жаль.

Впечатываюсь спиной в стену гостиной, втягиваю воздух в легкие и замираю. Тимур упирается раскрытыми ладонями в стену по обе стороны от моего лица. Сверлит ледяным взглядом, своей тяжелой аурой припечатывает.

— Мне действительно не жаль. Совсем.

— Ты ненормальный, — срывается с моих губ.

— Просто ты слабая Майя, тебе сложно меня понять. Я умею брать то, что хочу, не испытывая сожалений. Это преимущество сильных.

У меня от его слов мороз по коже. Чувствую себя каким-то неодушевленным предметом в его глазах. Куклой, как когда-то он говорил.

А что делают с куклами?

Ими пользуются, а потом выбрасывают.

Со мной так и будет.

Роняю взгляд в пол, его насмешку в глазах не выдерживая.