Книга Меркантильное поведение, страница 16 – Аля Алая

Мои ладони на руле мелко задрожали.

— Кто он такой, мам?

— Бизнесмен. Большой агрохолдинг, три частных банка, гольф-клуб. Он правда хороший, Макс. Но как и все сильные мира сего, не терпит отказов и пренебрежения.

— Поняла, — сжимаю ладони на руле, чувствуя боль. Вот почему Лана не передала заказ Гордею. И почему настояла на прежнем клиенте. Она боится Леонова, — мне пора, мам, — вешаю трубку.

Черт, черт, черт! Что делать?

Домой приезжаю почти не соображаю. Добралась чудом без аварии, практически на автопилоте.

Платье сбрасываю в пороге, туфли за ним и спешу в душ. Мне срочно нужно смыть с себя запах Леонова. И согреться, потому что трясет.

Всполошившаяся Буся путается у меня в ногах всю дорогу до ванной и начинает скулить, как только я оставляю ее за дверью.

Гордей! Да что ты хотел показать своим дурацким присутствием сегодня? Зачем наблюдал за мной, заставляя сгорать от стыда и желания бросить Леонова, уйти к тебе? Был наблюдателем и не сделал ничего.

Злюсь! Ненавижу его, за то, что в глубине души повелась на его сладкие речи.

В дверь начинают настойчиво звонить и я подскакиваю на месте. Кого нелегкая принесла? Если Леонова, я просто умру. Черт, я ему не открою. Точно нет!

Гордей

Жму на звонок и слушаю его трель за дверью. Знаю, что Максим дома. Ее нежно-розовый мини-купер неаккуратно припаркован на зелёной зоне, одним колесом утопая в грязи.

Ну же, феечка, открой мне.

Раздаются щёчки замка. Дверь распахивается рывком.

На пороге меня встречает не нежная феечка, а разъяренная амазонка во всей красе. Глаза сверкают молниями, по волосам стекают ручейки, тело завернуто в большое банное полотенце. Макс шумно дышит, цепляясь за ненадежный узел на груди.

— Ты как узнал мой адрес? — голос возмущенно звенит.

Шагаю на нее, заставляя попятиться в квартиру. Бутылку ставлю на пуфик в прихожей и захлопываю за нами дверь.

Тишина. Буравим друг друга взглядами. Она зла. Я тоже зол.

— Ты, — Макс размыкает свои розовые губки. Они заметно подрагивают, — зачем пришёл?

— Ты так умоляюще смотрела на меня, пока старый кабель пытался тебя сожрать, что я не мог откликнуться.

— Я не умоляла, — шипит феюшка, задыхаясь от возмущения.

— Не надо, Макс, игры закончились. В ресторане сначала было прикольно, но мне быстро надоело, — движусь на нее, заставляя пятиться.

— Так и ушёл бы, — ее плечи упираются в стену. Дальше бежать некуда, — тебя никто там не держал.

— Держала, ты, — касаюсь упавших по швам рук Макс, сжимаю запястья. Она вся слишком влажная и соблазнительная, её кожа пахнет клубничным гелем для душа, дыхание свежей зубной пастой, — молодец, даже зубы почистила после старпера, — говорю с иронией. Губы растягиваются в кривой улыбке, но мне не смешно. Леонову в морду хотелось дать, когда он к Максим полез. Чуть выдержал. Но моей меркантильной феечке нужен был хотя бы минимальный показательный урок, что значит отдаваться без взаимности. Поцелуй не секс, но даже его Макс выдержала с трудом.

Разузнав о ней из своих источников, я понял, что за поломка у Макс внутри. Малышку с детства затюкали ее мамашей. Ни в школе, ни в академии не давали покоя. Об этом говорят несколько административных дел на ее обидчиков — спермотоксикозных идиотов. А сколько эпизодов было спущено на тормозах?