Книга Официальный любовник, страница 141 – Аля Алая

— Ого, все на месте, – я сдержанно улыбаюсь, – если честно, дальше родов я пока не заглядывала вообще.

— Это только кажется, что все будет не скоро, а там, как одно мгновение, – Оля обводит взглядом своих детей и внуков, – только обернулся, а у них уже свои дети.

Я инстинктивно положила ладони на уже большой животик. Мне хочется, чтобы время шло медленнее и очень нравится быть беременной. Я так долго втайне мечтала о ребёнке, что сейчас каждый день как праздник и каждый толчок малышки как целое событие.

Ещё немного посидев со всеми, я зевнула и засобиралась наверх. Беременность и, появившаяся с ней, ранняя сонливость дают о себе знать. Мне даже на часы смотреть не нужно, чтобы понять, что уже девять, глаза сами начинают слипаться в это время.

— Ещё немного посижу, – Илья нежно поцеловал меня и остался с отцом и братом, пока остальные начали разбредаться по своим комнатам.

— Давай, – еще раз протяжно зевнув, я повисла у Яра на локте и позволила себя увести.

— Устала? – тихо закрыв за нами двери, муж обнял меня со спины и положил ладони на живот.

— Есть немного, – кровать уже манила меня, так что я позволила очень быстро переодеть себя в пижаму и забралась под одеяло, – Это ты ради меня, да?

Я перехватила ладонь Яра и затянула его к себе под одеяло.

— Для нас всех, – он спустился ниже и приложил ухо к моему животу, – здесь действительно отличное место и погода точно получше Питерской, – он усмехнулся, – Илья по семье скучает, и нас приняли отлично. Я не вижу смысла искать что-то еще. Возможно, позже, когда дочка подрастёт. Артем уже предложил три варианта для покупки дома и пообещал показать все злачные места этого заспанного городишки.

— Я смотрю, ты уже наладил связи, – улыбаюсь, глядя в потолок.

— Ты же меня знаешь. И Оля обещала, что каждые выходные у меня будет лучшая домашняя еда, что я пробовал.

— Вот на что ты повелся, – я быстро села на кровати, – а кто говорил, что ему все равно, готовлю я сама или заказываю доставку?

— Врал. Нагло и бессовестно.

— И что ты ещё скрывал? Быстро говори, – требую у мужа.

— Вот это, – Яр мечтательно закрыл глаза и поцеловал животик, – слышу, как сердечко стучит и малышка толкается.

— Проснулась, – чувствую толчки изнутри, и мое сердце опять замирает, – я тоже мечтала, но боялась тебе сказать. Не хотела, чтобы ты чувствовал себя виноватым.

— Все равно чувствовал, – его пальцы начали гладить мой живот по кругу и дочка начала затихать и успокаиваться, – Я был родным ребёнком своего отца и, знаешь, что я понял? Генетика не может заставить человека любить. Он не любил меня или любил, но как-то так, что я даже этого не чувствовал. Все, что я чувствовал, это вину за то, что мама умерла при родах.

— Мне жаль, – сглатываю ком боли. Я знаю о матери и отце мужа, но все равно больно за него. Ребёнок ведь не виноват.

— Не надо, Виола, твоей любви мне хватает с головой. И дочку я буду любить всем сердцем, потому что она имеет на мою любовь полное право. Мы оба будем ее любить. И тебя. Любви ведь не какое-то ограниченное количество, а столько, сколько ты готов предложить. А я готов предложить много.

— Я знаю, – меня затапливает нежностью к Яру. Все эти годы он просто купал меня в своей любви. Баловал, холил, лелеял, потакал. Мой поломанный мальчик, который с детства не получал ничего, но повзрослев, маниакально жаждет любить и быть любимым. Не думаю, что есть ещё в мире человек, готовый дать столько. И знаю, что во многом он этим меня испортил. Я привыкла и на меньшее уже не согласна.