Книга Новогоднее путешествие, страница 23 – Тома Глуб

— Мистер Джек Дэниелс виноват только в том, что я не участвую никакого смущения и страха. Вываливая на вас все свои мысли, — смеюсь. — Сомневаюсь, что в повседневной жизни кто-то из вас вообще бы обратил на меня свое внимание…

— Отчего же? — Брюнет удивился.

— Я не ношу откровенные платья каждый день, даже красивого белья у меня… Немного. Я люблю удобные, практичные вещи, которые легко одеть и снять, иногда игнорирую глажку. Так что в повседневности я что-то вроде бледной, вечно спешащей девушки в спортивном костюме и безразличным взглядом. Порой не вижу, что вокруг. Фокусируюсь на одном.

— Ам, давай вообще подчеркнем то, что мы видим сейчас тебя в одном рубашке и от этого менее сладкой, желанной и сексуальной ты не стала, — Брюнет снова хохотнул, наклонил голову.

— Это все мистер Джек Дэниелс, — рассмеялась я.

— Частично, он, — не спорит дьявол. — Но все же. Мы еще не так уж и пьяны.

— Как хотелось бы? — поднимаю бровь в удивлении.

— Как могли бы быть, — отвечает уже Блондин.

Философия, что на целый час нас не отпускала, сейчас немного расслабила и мы теперь заговорили на более жизненные темы.

Потом мы готовили уже окончательно стол. Я красиво нарезала всяких деликатесов. Брюнет все мешал мне, постоянно зажимая и ловя меня на кухне. Блондин, помогая мне с вкусняшками, шутил, что раз уж он не мастер в готовке и вообще, на кухне, то просто пусть не дает мне расслабиться. Сомневаюсь, что могла бы расслабиться. В каких-то местечках было все напряжено до беспредела.

Потом Блондин включил музыку. Не очень громко, почти всю новогоднюю, но не подтанцовывать на особо прикольных и ритмичных песнях я просто не могла. Потому и забылась, в который раз, танцуя и уже медленнее начиная делать нарезочку. Сначала просто плечами водила в ритм, немного подпевала, но потом начала и попой качать, от чего почувствовала сразу реакцию Брюнета. Зараза сразу меня придавил к столешнице, в другой руке держа вилку с кусочком вяленого мяса. Он не только нам мешал, но и порой тырил кусочки повкуснее, иногда кормил меня или друга, а чаще себя, конечно же. И у меня вообще больше не осталось никаких убеждений, что я их вообще не знаю.

Мне было просто хорошо. По человечески. Приятно внимание мужчин, мы шутили, смеялись, вели себя так, словно всегда жили вместе и вообще знаем друг друга всю жизнь. Приятно, что когда я воровала какой-то кусочек курочки или овощей, или чего-то еще из-под ножа нашего шеф-повара, он кусал меня за плечо и шлепал по попе, хохоча. Приятно, что он танцевал вместе со мной, когда я помогала ему с овощами-гриль и мы вместе и одновременно выставляли стаканчики, в которые уже Брюнет кидал лимон, лед и наливал горючее. В этот момент, находясь в объятиях Блондина, стоя к нему спиной и чувствуя его губы на плече, я из-под опущенных ресниц наблюдала за вторым мужчиной, которому нравилось все, что происходит. Он в тот миг даже встал рядом и впился в мои губы, чуть ли не зажимая меня между двух красивых и крепких тел.

И знаете что?

Это самое правильное, что случалось в моей жизни. Не было ни осуждения в глазах, ни слов упреков и ненависти даже. Было только жарко, вкусно, горько от виски, и сладко от губ мужчин, что скользили по коже и позволяя своим пальцам абсолютно все.