Книга Подарок на 1 ночь, страница 12 – Тома Глуб

А я сглатываю. И даже это — больно. Горло будто в тисках.

Он подталкивает меня в сторону двери — легко, почти небрежно, но в этом жесте читается приказ.

Я переступаю порог ванны и замираю.

Белый мрамор с серыми прожилками покрывает все — пол, стены, столешницу. В углу — душевая кабина. Раковина — цельный кусок камня, отполированный до зеркального блеска. Смесители — матовое золото, тяжелые, основательные. Подсветка встроена в потолок и зеркало.

Пахнет чем-то свежим — бергамотом и лавандой. На полке у раковины — флаконы мужской косметики. Черные, минималистичные, с едва заметными логотипами брендов, которые я видела когда-то в нашей ванной.

Руки двигаются автоматически. Ватный диск, мицеллярная вода — стираю старый макияж. Наношу заново тональный крем. Пудрой убираю блеск. Тушью делаю ресницы длиннее, взгляд выразительнее. Помада — темно-вишневая, почти черная в этом свете. Волосы взбиваю пальцами, придавая объем.

И сразу в зеркале другая девушка. Красивая. Опасная. Готовая на все.

Я открываю пакет. Достаю содержимое медленно, почти благоговейно.

Это не просто белье. Это настоящее оружие.

Я раздеваюсь медленно. Платье соскальзывает на пол. Обычное, хлопковое белье, детское на фоне того, что я держу в руках — следом.

Черное кружево тоньше паутины. Ленты, которые больше открывают, чем скрывают. Они ложатся только на самые интимные места, точечно закрывая тело. Бантики — десятки крошечных бантиков. И несколько больших, которые можно развязать.

Кружево холодит кожу. Ленты обвивают тело, подчеркивая изгибы. Крошечные застежки требуют терпения и сосредоточенности. Но я не тороплюсь.

Готово. Я смотрю в зеркало и не узнаю себя.

Это не я.

На шею надеваю последнюю деталь — такую же атласную ленту. Как ошейник. Как знак принадлежности.

Я им и принадлежу на эту ночь. Обоим при чем.

Халат нахожу на крючке. Мужской — темно-синий, махровый, огромный. Пахнет кем-то из них двоих — тем холодным парфюмом с нотками свежести. Кутаюсь в него, завязываю пояс. Ткань приятно тяжелая.

Последний взгляд в зеркало. Глубокий вдох.

Я открываю дверь.

Он там. Прислонился плечом к косяку, ждет. В полумраке коридора его фигура кажется вырезанной из тени. Брюнет поднимает глаза — медленно, от моих босых ног вверх, по халату, к лицу.

— Это мой халат… М... Что это у тебя на шее?..

— Я же сказала. Я купила не трусики, как вы думали.

— Тебе так сильно нужны деньги?

— Мне очень нужны деньги.

— Тогда все в твоих руках, малышка... — он смотрит на меня, не скрывая. Он хочет заглянуть под халат. Хочет увидеть. Хочет знать, что там. Его взгляд прожигает. И в этом взгляде я вижу…

Что если его другу не понравится, я соблазню его. И это будет не хуже.

А если повезет… они оба сойдут от меня с ума.

Я захожу в спальню и… застываю.

Темные стены глубокого серого цвета. По углам стоят лампы с теплым светом, только подчеркивая интимность всей комнаты. Окна открыты, и там же стоит незнакомец, рассматривая ночной город. Где-то там обычная жизнь продолжается.

А кровать… Боже, на такой кровати можно устроить вечеринку. Или потеряться вдвоем. Или втроем. Белоснежное белье так и светится в полумраке, атлас поблескивает. Подушки сложены идеально.

На комоде — мужские штучки. Часы, что стоят целое состояние. Парфюм в тяжелом флаконе — таком, что можно человека пришибить. Зажигалка блестит холодным металлом. Все такое… Дорогое.