Книга Новый год с оборотнем, страница 80 – Александра Салиева, Анастасия Пырченкова

Лучше бы никуда не ходил. Не приходилось бы мне теперь так страдать.

Я же все эти сутки только и делала, что гнала от себя мысль о том, что из-за меня он реально умрёт раньше времени. В конце концов, он сам сделал свой выбор, я его ни к чему не принуждала. И если что, сразу сказала, что отношения со мной — это неправильно для него.

Я ведь говорила!

А он заверил, что всё в порядке. Что он лучше со мной проживёт шестьдесят лет, чем тысячу без меня. И его семья подтвердила. И я честно поверила, что они приняли меня и совсем не против такой пары для своего сына. А оказалось… они не против, да. Потому что уже продумали, как всё исправить. Меня исправить.

— Снежинка? — позвал Дани смурнее прежнего, прекрасно учуяв во мне тревогу.

Помимо неё во мне жил страх и чувство вины, обида и растерянность.

Я честно не знала, что делать. Мама с папой как-то не подумали рассказать, что нужно делать, если родители твоего парня захотят использовать тебя как подопытную зверушку.

— Пап? — продолжал допытываться Дани. — Почему Снежинка бьётся в отчаянии и находится на грани слёз?

Из его голоса пропали все спокойные ноты. Теперь он почти рычал, а в синих как море глазах разгорался тёмный ультрамарин.

Николас вздохнул, покосился на Аделию и снова вздохнул.

— Мы обсуждали возможность продлить твоей паре жизнь с помощью специальной сыворотки белого клана. Ане помогло, и мы подумали, что её также можно было бы применить и к Снежинке, — признался.

Сообщать о том, что они собирались провернуть это без моего на то согласия и ведома, благоразумно не стал. Но, видимо, Даниэл достаточно хорошо знал своих родителей, в частности мать, потому что после ответа отца его внимание сосредоточилось именно на ней.

— Вы… подумали? — уточнил куда тише, но более холодно.

На коже мурашки выступили от скрытого посыла.

Аделия тоже прониклась, поджала губы, а мимика лица отразила небольшую вину. Но только на мгновение, после чего она вскинула подбородок повыше, приняв гордый и независимый вид.

— Да, я это предложила, я. А что прикажешь делать, если мой сын и ста лет не прожил и уже помирать собрался? Я не против твоей парности, и Снежинка твоя мне очень нравится. Но я не желаю видеть, как ты из-за неё умираешь. Не желаю, понятно тебе!

По мере монолога её голос терял часть уверенности, а под конец и вовсе дрогнул. Последняя фраза и вовсе напоминала скрытую истерику. А во мне по-новой разрасталось чувство вины.

Она ведь права. Это из-за меня всё. Отношения со мной в итоге убьют её сына. Просто потому, что я не оборотень. Да что уж там, я даже полноценной парой стать не сумею ему, потому что укус оборотня убивает человека. Ему уже сейчас постоянно приходилось сдерживать свои инстинкты и силу чувств, чтобы не навредить мне по неосторожности.

Почему-то я только сейчас подумала обо всём этом полноценно. И не просто подумала, а представила себя на его месте. И это было… ужасно. Но хуже всего было то, что из-за меня Дани явно собрался поругаться со своими родителями. Да, они были не правы, но я не хотела, чтобы он сейчас на эмоциях натворил глупости. Именно поэтому, когда с его губ сорвалось злобное рычание, а ультрамарин в глазах полыхну ярче, шагнула вперёд, ему навстречу.

— Дани, — позвала, положив ладонь ему на грудь. — Не надо, — попросила.