Книга Новый год с оборотнем, страница 59 – Александра Салиева, Анастасия Пырченкова

— Но…

— Не важно. Всё. Ты — моя пара. А я — твоя. Мы вместе навсегда. И мне не важно, сколько будет длиться это «навсегда». То, что я долгожитель не делает меня бессмертным. Я как и ты могу умереть в любой момент. Тупо попав под ту же фуру. Из лепёшки кости не склеишь, — целую её в нос.

И улыбаюсь, заслышав:

— Дурак.

Снова целую её в нос.

— Дурак, — соглашаюсь. — Но дурак твой. И только твой. Так что давай ты больше не будешь думать о плохом, а я постараюсь сделать так, чтобы это «плохо» не наступило для нас ещё очень и очень долго. Хорошо?

Она и тут не согласна. Я вижу это по чуть хмурому выражению её лица. Но всё же в итоге Снежинка согласно кивает.

На радостях целую её уже в губы. Страстно, дерзко, не оставляя и шанса на новые сомнения.

Надо будет, мы вообще из этого душа не выйдем, пока моя упрямая девочка не перестанет мучиться ерундой.

Ведь, как и сказал ей, пара для оборотня — не просто красивая метафора.

Это навсегда. Навеки вечные. И надо быть полным идиотом, чтобы лишить себя этого счастья. А я, хоть и дурак, но точно не он. И Снежинка непременно будет моей. Или я не Даниэл Оливейра, сын самого Короля Рио.

Я попала.

Нет, не так.

Я. ПОПАЛА.

Сильно. Встряла так, что проще из окна выброситься теперь, чем появиться на глаза Даниэлу и его семье.

Господи, ну как же так? И что мне теперь делать?

Взглянув на себя в зеркало, я в очередной раз скривилась.

Платье. Изумрудное. Из красивой мерцающей ткани. Мама подсолнуха принесла мне его час назад. А я…

Я его порвала.

И теперь понятия не имела, как быть и что делать.

Ладно бы какое-то дежурное, повседневное было. Но оно вечернее и дорогое, известной марки. Длиной в пол. С небольшим вырезом на груди и чуть более глубоким на спине.

И оно разошлось по швам сразу, как только я его на себя надела.

И ведь знала, что не стоило принимать такой дар, и отказывалась, но Аделия Оливейра не менее упряма, чем её сын. Да и праздник же — Новый год, как никак. А оно такое удивительно красивое… Сама не заметила, как сменила термокостюм на него.

А через минуту услышала треск.

Шов разошёлся. Прямо по боку. Ткань дёрнулась, нитки лопнули, и теперь в платье зияла дыра размером с ладонь. А я металась по комнате, не зная, что делать. Под рукой не было ничего, что могло бы помочь решить мою проблему.

Словно издеваясь, раздался стук в дверь.

— Снежинка, ты ещё долго? Все уже собрались внизу. Ждут только нас.

Вздрогнув, я нервно заметалась по комнате в безуспешной попытке скрыть следы своего преступления. Нога в очередной раз отозвалась тупой ноющей болью, но я проигнорировала. Не до неё сейчас. Тем более ходить могу же? Могу. Всё остальное вторично.

— Снежинка? — повторил свой зов Дани.

— Подожди! — выкрикнула я, чувствуя, как к горлу подступает паника. — Ещё минуту!

Или час. А лучше вечность.

Вот только у Дани не было столько терпения.

— Снежинка? — снова позвал он.

— Ещё минуту! — крикнула, заново осматривая комнату.

Будто за пару минут в ней могло что-то существенно поменяться и найтись путь к спасению. Ага, как же.

Господи, надо же было так попасть!

— Ты уже десять минут переодеваешься, — заметил задумчиво Подсолнух.

Да я теперь вообще не выйду из комнаты, похоже.

— Мне нужно…

Не договорила. Нужно что? Что я могла сказать?