Книга Мой муж отец чужого ребёнка, страница 103 – Катерина Воронова

Мы вернулись в квартиру на набережной около четырех часов дня.

Усталость валила с ног. Пальцы пахли типографской краской банковских чеков и морозным речным ветром.

Полина встретила нас горячим обедом: сварила борщ по моему старому рецепту, аккуратно нарезала черный хлеб с чесноком. Егор упал на кухонный уголок, вытянув гудящие ноги:

— Мам… Я сегодня понял, почему отец с ума сходил на этих стройках. Там такая тяжесть давит на виски, кажется, любая ошибка убьет человека.

— Теперь ты не один, Егор, — сказала я, ставя перед сыном полную тарелку. — Рядом с тобой Сергей. Рядом Вадим. Мы выстоим.

Полина заулыбалась, достала из шкафчика красивую фарфоровую сахарницу:

— Дядя Серёжа сегодня был настоящим героем. Тот дядька с бородой чуть монтировку не уронил от страха.

Сергей улыбнулся, потрепал девочку по макушке, сел рядом со мной, накрыв мою руку своей теплой ладонью под столом:

— Герои отдыхают в субботу. А завтра мы идем выбирать обои для твоей мастерской в квартире генерала.

Вечер опустился на город мягким синим покрывалом.

Дети ушли в свои комнаты: Егор углубился в изучение строительных норм и правил, Полина рисовала эскизы оконных штор.

Мы с Сергеем закрыли дверь спальни.

В комнате горел теплый торшер, отбрасывая янтарные блики на широкую кровать. За панорамным стеклом мерцали огни живой, работающей набережной — стрелы кранов двигались, прожектора заливали белый бетон ровным молочным светом. Город продолжал жить.

Я подошла к окну, обняв себя за плечи. Сергей подошел сзади, опустил ладони мне на талию, прижал спиной к своему мускулистому торсу. Его губы коснулись моей шеи, обжигая пульсирующую жилку:

— Ты победила сегодня еще одного дракона, Анна.

— Мы победили, Сергей, — я повернулась в его кольце, положила ладони ему на широкую грудь, ощущая сквозь ткань рубашки сильное, уверенное биение сердца. — Если бы ты не встал перед тем бригадиром…

— Я всегда буду вставать перед любым, кто попытается тебя напугать, — прошептал он низким, хриплым голосом, глядя мне прямо в зрачки.

Его взгляд потемнел, наполнился голодной, первобытной мужской страстью. Сергей подхватил меня под бедра, оторвал от пола, понес к кровати. Мое домашнее платье расстегнулось от одного резкого движения его сильных пальцев, ткань соскользнула на пушистый ковер.

Он сорвал с себя одежду, накрыл мое тело своим жарким, тяжелым торсом. Мужская сила исходила от него плотной волной, лишая способности сопротивляться. Его губы жадно впились в мой рот, сминая губы, язык проник внутрь, заставляя меня глухо стонать от накатившего безумия.

Сергей целовал мои соски, заставляя их затвердевать под горячими ласками, спускался поцелуями по ребрам, обжигал бедра мозолистыми ладонями. Каждое прикосновение выжигало остатки дневного напряжения, заменяя страх чистым, пьянящим женским восторгом.

Я раздвинула колени, оплетая его бедра ногами, прижимаясь к его мускулистому животу:

— Сергей… любимый…

Он вошел в меня одним мощным, глубоким толчком, заполнив до предела.

Постель тихо заскрипела в тишине комнаты. Сергей двигался властно, ритмично, с сокрушительной силой, подчиняя каждую мышцу моего тела своему ритму. Я выгибалась под ним дугой, сжимая ногтями его широкие лопатки, отдавая накопившуюся нежность, сгорая в огне этого долгожданного единения. Мы летели сквозь ночь над светящейся набережной, захлебываясь общим стоном, растворяясь в спасительном восторге.