Книга Остров на двоих, страница 23 – Лана Крейн

Соер молчал пару секунд. А затем до моего уха донесся тихий, невероятно ехидный и провокационный смешок.

— А-а-а, ну всё понятно, — протянул он с наигранным сочувствием, качая головой.

— Так бы сразу и сказала, Эмма. Я мгновенно приподнялась на локтях, подозрительно сузив глаза — Что «понятно»? — Да то, что ты просто струсила, — Соер подмигнул мне, подошел ближе и нагнулся прямо к моему лицу, обдав кокетливым жаром.

— Маленькая городская куколка боится испачкать свои аккуратные кроссовки и встретить в кустах какую-нибудь безобидную ящерицу. Ничего страшного, я все понимаю. Лежи, загорай. Я принесу тебе оттуда красивый листочек... если не заблужусь, конечно.

Внутри меня моментально вспыхнула азартная волна возмущения.

«Струсила?! Я?! Женщина, которая вчера ночью не побоялась акулы и заставила этого автослесаря два часа не вылезать с унитаза?!»

— Что-о-о?! — я подскочила на шезлонге так резко, что чуть не опрокинула столик с фрешем.

— Кто струсил?! Да я в детстве по деревьям лазила лучше любого мальчишки! И никаких ящериц я не боюсь! — Ну-ну, докажи, — ухмыльнулся Соер, явно довольный тем, что его наживка сработала на все сто процентов.

— Десять минут на сборы. Кроссовки, кепка и защитный спрей. Если через десять минут не выйдешь — я официально считаю тебя трусихой до конца отпуска. Он развернулся и подмигивая пошагал к выходу с территории виллы. — Ах ты... мазутный провокатор! — крикнула я ему вдогонку, сдергивая очки.

— Жди здесь! Посмотрим еще, кто из нас первым попросится назад! Спустя ровно восемь минут я выскочила на террасу в шортах, удобной майке и спортивных кроссовках, готовая штурмовать любые тропические джунгли — хотя бы просто ради того, чтобы утереть нос этому невыносимому, прекрасному автослесарю.

Дорога вглубь острова оказалась куда живописнее и круче, чем я предполагала. Тропинка вилась между гигантскими папоротниками, вековыми фикусами и переплетенными лианами, которые свисали с деревьев зелеными канатами. Воздух здесь был густым, влажным и пах прелой листвой, цветами и дождем.

Мы шли друг за другом: Соер прокладывал путь впереди, раздвигая ветки своими сильными руками, а я семенила следом, стараясь не отставать и ежесекундно отмахиваясь от назойливых мошек. Мы прошли в молчании минут пятнадцать, пока тропинка не стала чуть шире. Соер притормозил, пропуская меня вперед, и вдруг будничным, но странно напряженным голосом бросил:

— Значит, «крутой секс»?

Я споткнулась на ровном месте, едва не зацепившись за корень какого-то дерева. Сердце внутри сделало предательский кувырок. «О боже. Он что, думал о том же, о чем и я?» Я резко остановилась и повернулась к нему, скрестив руки на груди и пытаясь сделать максимально равнодушное лицо. — О чем это ты? — напустила я на себя вид невинной овечки. Соер остановился напротив. Он снял с головы кепку, провел ладонью по своим темным влажным кудрям и пристально посмотрел на меня своими ярко-голубыми глазами. В них не было прежней иронии — только тяжелое, липкое напряжение. — О прошлой ночи, Эмма, — прямо ответил он.

— Когда мы сидели в катере под грозу. Ты сказала... то есть, я хотел спросить, что вообще между нами произошло? Кем мы теперь друг другу приход... — Ой, да брось, Соер! — резко перебила я его, испугавшись тех слов, которые он собирался произнести. Мне нужно было срочно поставить стену, пока эта ситуация не зашла слишком далеко.