Книга Ты (не) в моём коде, страница 105 – Таисья Тишь

Из соседней комнаты доносился Олькин голос. Она учила роль. Скоро съёмки. И у меня на следующей неделе выкладка книги. Впервые мои истории увидят чужие люди. По спине пробежался холодок.

Из мыслей меня вырвал звук уведомлялки. Я открыла мессенджер. Вместо привычного чата с Женей и чата команды, который я просто малодушно скрыла, висели сообщения от Юры.

Хм, а я думала, разговор окончен.

Ю: «Ты там обиделась? На правду не обижаются».

Ю: «Или ты думала, что я был в тебя влюблён?»

Ю: «Ответь честно, сколько у тебя парней?»

Ю: «Молчание — знак согласия».

Я оторопело перечитала. Помнится, Олька мне рассказывала, как её мама недовольно смотрела и испускала ядовитые замечания, умея задеть полусловом и полувзглядом. Олька говорила примерно так: «Идёшь мимо, а на тебя из глаз прямо-таки лучи… лучи поноса!»

Так вот, это были именно они.

Спустя столько лет. После стольких «неважно, есть ли у друзей сиськи». Получить вот… это?

Я так долго жила… с этой удавкой на горле. Так боялась ранить или сказать не то. И…

Руки сами автоматически набросали:

Я: «Я ошиблась адресом».

Два ЧС за последние два дня, это ненормально. Но желания подходить к горизонту событий чёрной дыры совершенно не было. Лучи поноса жгли издалека, как рентгеновское излучение. Того солнечного мальчика больше нет. Есть только это.

В голове снова заиграла песенка Биртмана. И вспомнилась притча про мудрецов и говно. Просто пройди мимо.

Под веками глаза наполнились слезами. Не от того, что именно Юра написал. Плевать. А от того, что именно Женя мне дал столь ценный совет.

Застал Лёшу на кухне. Он пил чай, листал телефон. Поднял глаза, когда я сел напротив.

— Хочешь о чём-то спросить? — хмыкнул он. — Не тяни.

— Мне нужен адрес Оли и Саши.

Он помолчал, потом отложил телефон.

— Подруг?

— Если не у отца, может, у кого-то из них. Я хочу ей объяснить.

— А она хочет слушать?

Я не ответил. Лёша смотрел на меня долго, потом кивнул, добавив нехотя:

— У меня только номер Ольги, Гриша кинул, чтобы по музыке тему Лизы с ней обговорить. Не толка не жди, мы на ножах.

Он набрал номер.

— Ольга, привет, Кощеев. Если Тая у тебя, можешь дать адрес? Женя просит, чтобы…

Я не слышал голоса на том конце, но по его лицу понял всё. Сначала Лёша кивал, потом замер, а потом усмехнулся.

— Понял. Так и передам. Аривидерчи.

Сбросил звонок. Последнее слово из его уст рубануло, но вдаваться в подробности его сарказма не стал.

— Что? — спросил я.

— Ольга сказала: «Вы ещё узнаете себя в словах Рин Грасс. Недельку потерпите, ха!»

— Кто это?

— Понятия не имею. — Лёха пожал плечами. — Но адреса она не дала. Не язык, а помойка.

Последние слова вырвались на нехарактерных шипящих нотах. Он нервно взял в руки кружку, сделал глоток, поморщился и отставил её подальше. Кружка стукнулась об стол с жалобной вибрацией ложки внутри.

— Добавила какой-то бред, что хрусталь надо бить о наши с тобой головы, — фыркнул он.

Хрустальный оскар. До меня как раз дошло.

— И вот что она имела в виду? И при чём здесь вообще я? Блин, Жень, разбирайтесь сами, мне с этой лярвой ещё работать.

— Тая долго к тебе относилась… по-особенному, — честно выплюнул я.

— Знаю. Но я ей не врал.

Ни убавить, ни прибавить.

— Чёрт, мне нужен её адрес! Я ей тоже не врал и хочу, чтобы она это знала!