Книга С любовью, Лондон, страница 25 – Юлия Устинова

— Эмм, не знаю, как так вышло, — состряпав невинную улыбочку, ответила, заметив, как Лондон в этот момент покосился на меня.

— Что-то не так? — не выдержав его недовольного взгляда, спросила парня.

— Мне показалось, или твой нос и правда стал горбатый? — поинтересовался он.

Он сказал: «Горбатый?!» Вот же… нехороший человек!

— Тебе показалось. И, вообще, когда кажется, креститься надо, — с умным видом посоветовала ему.

— Креститься?! — воскликнул парень, уставившись на меня, как на сумасшедшую. — А это ещё зачем?

— Это… духовная практика такая, — продолжая строить из себя доцента кафедры психологии, пояснила я, сочиняя на ходу всю остальную фигню, — когда мозг оказывается под влиянием иллюзий, можно автоматически вернуть его к первоначальному состоянию каким-нибудь заученным движением.

— Правда? — во взгляде Лондона сомнение смешалось с любопытством, и я не выдержала, и рассмеялась.

— Поздравляю, ты один из тех людей, которым можно продать что угодно!

— Ну конечно, надейся! — с досадой в голосе проговорил Лондон.

— Я вот не очень понял, что Кейт сказала, но, кажется, она тебя уделала! — радостно прорычал над ухом Курт, сунув прямо мне под нос свой бицепс и трицепс заодно, чтобы толкнуть в плечо Лондона. — Так ведь, мужик?!

— Отвали, Магуайр, — отстранившись, недовольно пробормотал Лондон.

— Ну точно! — заржал Курт. — Так тебе и надо! Неужели девчонка надавала тебе по заднице, чувак?!

Тут в пороге нарисовался Рик, смазав эффект от моего триумфа, и вежливо так предложил мне выйти на минутку. Стараясь выглядеть удивлённой, я снова протиснулась между креслом и Лондоном, и вышла за порог.

— Кейт, я подожду тебя, зайди ко мне в кабинет, когда все закончится, — проговорил он еле слышно, поглядывая на стоящих у открытых дверей класса двух спортсменок.

— Не нужно, сама дойду. Тут три квартала пешком, я вчера нашла короткий путь.

— Ты уверена? Может, стоит позвонить маме?

— Серьезно? Мне что, восемь лет? Я сама приду! — упрямо заявила ему.

Не хватало мне еще к восемнадцати годам обзавестись усатым нянем!

— Ладно, как скажешь, — миролюбиво произнес мужчина.

По коридору навстречу нам, быстро перебирая короткими ножками, торчащими из-под длинной юбки, семенила миссис Хочкис. Эта маленькая круглая женщина лет пятидесяти, являясь местным Спилбергом, руководила школьной театральной труппой и Клубом любителей кино. Завидев коллегу, Рик учтиво улыбнулся ей и, за каким-то хреном кивнув мне, отправился восвояси. Я же поторопилась занять свое место в зрительном зале и снова полезла через Лондона. И на этот раз он удивил меня тем, что подобрал свои длинные нижние конечности, позволяя мне пройти, и даже улыбнулся как-то по доброму, что ли. То-то же! Боится – значит уважает!

Бройлеры и Курт, между тем, подозрительно таращились на меня, странно улыбаясь.

И я тут же напряглась, гадая, а не прознал ли кто о моих родственных отношениях с Риком? И угораздило же его припереться сюда в самый аншлаг!

— Я смотрю, ты на хорошем счету у мистера Хьюза, — проговорил Лондон, все больше убеждая меня в собственном предположении. — Очень интересно, с чего бы это?

— Что за пошлые шуточки?

— Никаких шуточек, Китти*, — произнес Лондон, — мне просто интересно.

Курт многозначительно хмыкнул, услышав его слова, а я завопила: