Книга Amore mio Юля Котова, страница 40 – Юлия Устинова

М-да, да тут дуркой попахивает.

Я в очередной раз потянулась за бокалом и залпом осушила его.

— Ладно, — кивнула в ответ, — я еще могу допустить подобную мысль в отношении предметов искусства. Есть в этом что-то… своеобразное проявление власти над временем… но вставная челюсть Черчилля? Это… странно. Извини, — я пожала плечами, касаясь губ салфеткой. — Да мои ботинки в сто раз лучше! Кроме того, это просто кощунство сорить деньгами, когда в мире столько нуждающихся!

— О! — усмехнулся парень, — я часто слышу подобное. Но… кто сказал, что богатые должны решать все проблемы? Им не сыпятся деньги с неба, это результат упорного труда не одного поколения.

— Мои предки тоже трудились. Вот дед тридцать лет работал в горячем цехе, ветеран труда, между прочим. Твои предки… тоже ветераны? — спросила я, не скрывая язвительной улыбки.

— Нет.

— Тогда как быть с упорным трудом и богатством? Выходит, не это главное?

— Просто потрясающе, Джулия! — рассмеялся Кеннеди. — Я должен познакомить тебя со своими друзьями! Ты просто обязана спустить их с небес на землю!

— Ага, делать мне больше нечего, — пробормотала я по-русски.

— Кстати! Ты знаешь в эту пятницу намечается студенческая тусовка в клубе «Линк»? Могу познакомить тебя с ночной жизнью этого города? Как ты относишься к техно?

— Боюсь… что никак, — призналась я, обескураженная его внезапным предложением.

— А что ты слушаешь?

— Знаешь, это очень личное.

— Личное? Почему?

— Как «почему»? Наши предпочтения в еде, музыке и прочем могут много о нас рассказать. Показать свой плейлист — это … как излить душу, доверить что-то значимое, понимаешь?

— Кажется, понимаю, — кивнул Кеннеди, задумчиво изогнув бровь. — И теперь просто сгораю от любопытства. Ты позволишь мне познакомиться с твоим… плейлистом?

— Нет, это невозможно. Военная тайна, — я скрестила указательные пальцы и коснулась ими губ.

— Вот как? Ладно. Это мы отложим. А что насчёт вечеринки?

Нужно было срочно придумывать отмазку поубедительнее!

— Ты сказал в пятницу? Я… буду занята. Мы… с другими русскими… у нас в планах залезть на ту башню…

— Башня Азинелли? — напомнил парень.

— Точно. Так что… — я пожала плечами, надеясь, что моя отговорка прокатит.

— Какой смысл подниматься на нее ночью?! — на лице Кеннеди было искреннее удивление. — Это надо делать днём, когда видно весь город. Уверен, поход на башню можно перенести, — решительно добавил он. — Сделаем так… ты дашь мне свой номер, и ближе к пятнице мы договоримся?

Вот же привязался! Неужели ему никто никогда не отказывал?

— Ладно, — кивнула я в полной уверенности, что если он и позвонит, по телефону мне будет проще послать его королевским лесом.

— Отлично! — заявил Кеннеди тоном, словно и не ждал другого ответа. — Надеюсь, ты позволишь мне заплатить за твой обед? — вкрадчиво спросил он.

— Не нужно, — я замотала головой, снова проклиная себя за неосмотрительность, — эти тортеллини заслуживают того, чтобы я сама за них заплатила. Спасибо за… обед и интересный разговор.

Кеннеди действительно был замечательным собеседником и внешне весьма… чем-то на Вета походил, но я не видела смысла в общении с тем, кто может, не моргнув глазом, отдать за обед полторы сотни евро. Мы были людьми не просто из разных стран, а планет, как минимум. Кроме того, ещё пара обедов в его компании могла стоить мне пары голодных недель. Не будет же Бредин кормить меня до самого отъезда?