Книга Одинокие сердца, страница 18 – Юлия Устинова

Алёна на мгновение задумывается, а затем спрашивает:

— А это где вообще?

— Сибирь-матушка, север Красноярского края, — объясняю я. — Поехали со мной? Когда у тебя отпуск?

— Представляешь, в мае. Но, боюсь, я непоходный человек.

— С чего ты взяла?

— Мне так кажется, — пожимает плечами. — Я больше как-то по курортам. Отель пять звёзд.

— Все включено, — продолжаю за нее.

— Ага, — кивает Алёна.

— Это же скучно, — вырывается у меня.

— Почему? Многим людям нравится цивилизованный отдых, — сухо замечает она.

— Ума не приложу, что такое цивилизованный отдых, — с кривой ухмылкой качаю головой.

Я ласкаю большим пальцем центр ее ладони. Алёна завороженно наблюдает за моими движениями.

Забавно.

Обычно разговоры и невинные касания предваряют поцелуи в постели. У нас все вышло наоборот, но мое любопытство в отношении этой девушки ничуть не угасло, а наоборот — разгорелось с новой силой.

— Для большинства отдых за границей — это возможность недолго пожить той жизнью, которой у них никогда не будет, — немного низким голосом говорит Алёна.

— Как печально, — я продолжаю искать на ее ладони эрогенные точки. Только не говорите, что их там нет. — То ли дело походы, восхождения. После них ты становишься намного богаче, чем до. Ты хоть раз встречала рассвет в степи?

— Нет.

— А видела тюльпановое поле?

— Нет, — Алёна устало улыбается, освобождая свою ладонь.

Я с досадой вздыхаю.

— Поверь, я не выпендриваюсь. Просто пытаюсь понять, как может все это сравниться с бассейном и шведским столом.

На лице Алёны отображается задумчивость.

— Вот сейчас ты заставил меня засомневаться. Может быть, когда-то я и пойду в поход.

— Обязательно сходи. Вот у меня приятель есть — айтишник на всю голову, его вечно из дома было не вытащить, но однажды я его уговорил поехать с нами на Байкал. На слабо взял, представляешь? Так теперь в отпуске его дома не поймать. Поверь специалисту, не бывает непоходных людей, бывают неподготовленные и слабомотивированные. Но ты же знаешь, к кому обратиться, если что? — искоса смотрю на девушку.

— О да. Несомненно! — ее губы подрагивают от улыбки.

Затем я готовлю чай по-калмыцки и с осторожностью наблюдаю за тем, как Алёна его пробует.

— Вкус необычный, но мне нравится, — делится она своими впечатлениями. — В этом напитке чувствуется характер.

Ещё одна приятная странность сегодняшнего вечера — я решительно не помню, чтобы когда-то получал удовольствие от простого общения с девушкой за чашкой чая.

Инга всегда страдала излишней тягой ко всему пафосному — модные выставки, хорошие рестораны, брендовая одежда. Я же неделями колесил по стране в одних и тех же джинсах и бейсболке. Инга пыталась меня переделать на свой вкус, давала советы, какую стрижку сделать, какие тряпки лучше на мне сидят. До определённого момента я не видел в этом проблемы. Мне без разницы, какие шмотки носить, лишь бы они были чистыми. А потом Инга решила, что может контролировать мою жизнь целиком. Вот тогда я и взбунтовался.

Не знаю, готов ли я к новым отношениям. Но к приятному флирту и ночи в постели с красивой девушкой я готов на все сто, друзья мои.

Через пару часов все расползаются по комнатам. Потенциала тусить и дальше у народа хватает, но завтра всех ждут горные склоны.

Мы с Алёной поднимаемся наверх одними из последних. Я был в ударе и, походу, утомил ее своими бесконечными рассказами о поездках по России. Хотя Алёна не жаловалась, показывая свой искренний интерес.