Книга Нарушая правила, страница 27 – Юлия Устинова

Минуту спустя я вламываюсь в мужской туалет, подхожу к раковине и включаю воду, чтобы немного освежить свою тупую пьяную рожу, а затем смотрю на отражение в зеркале.

Гребаные уши по-прежнему горят, в груди все содрогается.

Мне стыдно.

Стыдно за все: за разговор с отцом, за гадкую кощунственную ложь о нем, за свое поведение с девушкой.

Как же я ненавижу это чувство. Оно делает меня таким ничтожным, жалким, уязвимым. И сколько бы я не боролся со своей совестью, не душил, не умасливал, ее голос нет-нет да и прорвется в самый неподходящий момент.

— Парень, с тобой все нормально? — рядом моет руки какой-то сердобольный чувак.

— Порядок, — бубню себе под нос, тянусь в задний карман за пачкой сигарет и достаю одну. — Будешь? — протягиваю незнакомцу.

Тот озадаченно качает головой.

— Здесь же нельзя курить.

Пожав плечами, я щелкаю зажигалкой и глубоко затягиваюсь, раскуривая сигарету.

— А мне все можно.

Я снова зеваю, подумывая о том, чтобы повторить себе латте с карамельным сиропом.

После посвящения мы вернулись в общагу только под утро и спали от силы часа три. Отсидев пары, Аня поехала дальше отсыпаться, а меня ждет долгий день в “КофеМане”, небольшом закутке под скошенным потолком на втором этаже торгового центра “Весенний”. Проходимость тут так себе и много явно не заработаешь, впрочем, я не жалуюсь. Светлана, владелица кофейной точки — тетка деловая, но понимающая. Она сама когда-то одновременно и училась, и работала, поэтому знает не понаслышке, как живется бедному студенту. Однако, если я буду каждый час накачивать себя кофеином, то точно посажу сердце и останусь без дневной зарплаты, потому что совесть не позволяет готовить напитки мимо кассы.

Вот так меня воспитали.

Обслужив семейную пару, я навожу порядок на рабочем месте и беру свой телефон. От Ани пришло голосовое сообщение. Я нажимаю на воспроизведение, подношу мобильник к уху и слышу довольно бодрый голос Петровой.

“Он уже пришел?”

Хлопая ресницами, я записываю короткое сообщение.

“Кто пришел? Куда пришел?”

Аня уже не в сети, и следующие полчаса я то и дело проверяю телефон. Но в переписке с Петровой глухо как в танке. Между делом я готовлю капучино с корицей для очередного посетителя и, когда отдаю заказ, вижу, как из лифта выходит Чемезов.

Несколько секунд парень крутит головой, пока не встречается со мной взглядом.

— Вот ты где спряталась, еле тебя нашел, — заявляет он. — Привет, Дина, — и виновато улыбается.

— Привет, — отвечаю нетвердым голосом.

Мало того, что Тим удивил меня своим появлением, так вы бы знали, что он держит в руках! Букет розовых роз! Огромный! Такого я в своей жизни еще не видела.

— Можно мне эспрессо? Двойной. Пожалуйста, — вежливо просит парень.

Изогнув бровь, я недолго изучаю его заспанное, но еще более очаровательное лицо. Наверное, парни не одобряют, когда их называют очаровательными, только как ещё назвать столь восхитительное выражение на скуластом смазливом лице Тима?

— Прогулял пары? — предполагаю я.

— Да. Еле соскребся, — жалуется парень.

— Пить надо меньше, — замечаю, поджав губы.

— Согласен, — Тим отводит взгляд, продолжая стоять в обнимку с букетом.

— Ты где-то тут рядом живешь? — пытаюсь понять, как он здесь оказался.

— Я? Нет. Совсем не рядом, в другом конце города.