Книга Острые предметы, страница 119 – Юлия Устинова

И я знаю, что не каждый, кто получил срок, действительно заслужил его. Кто-то оказался в тюрьме по глупости, а кто-то, как мой Саша, — в силу чудовищного стечения обстоятельств.

Вскоре Саша возвращается.

— Жень, возьми на пять сек, — сам не заходит, а просит подержать собаку за ошейник. — Я сейчас…

Удерживая пса, я выглядываю за дверь и вижу Сашину маму.

— Здравствуйте, — бросаю ей через порог.

— Здравствуй, Женечка, — с улыбкой отзывается тетя Таня. — Я вам тут пирог испекла.

Она вручает Саше блюдо, завернутое в полотенце. Мне становится стыдно. Ведь она тоже ждала сына, а, получается, что я его у него краду.

— А пойдемте… с нами. Чай попьем, — предлагаю, Слава Богу, вовремя сообразив.

— Спасибо. Не беспокойся. Я на ночь чай не пью. Сами кушайте.

Вполне доброжелательный вид соседки успокаивает мою совесть.

В конце концов, Саша взрослый мужчина и не обязан с ней жить всю жизнь. Уверена, она это понимает.

На том и прощаемся. Саша передает мне тарелку, разувается и ведет собаку в ванную, чтобы лапы вымыть.

Режу пирог с картошкой, тоже ставлю на стол и иду за Сашей.

— Саш, потом сам помоешься! — ловлю его на том, когда он с себя футболку снимает, явно намереваясь душ принять. — Все еле теплое, садись уже, — объясняю свою причуду.

— Понял.

Натягивает футболку обратно и выходит в прихожую, где что-то ищет в своей сумке. Я же на кухню возвращаюсь, куда Саша приносит две коробочки.

— Вот. Это твой. Это мой, — опускает их на стол и накрывает каждую ладонью. — Симки купил.

Я подаюсь ближе и вижу на коробках изображения сотовых телефонов.

— Сотовый?! — ахаю. — Мне? Да ты что, Саш?! Он же бешеных денег стоит! Зачем?!

— Обычных денег, — успокаивает. — И как… зачем? Чтобы… мало ли что.

— Мало ли что? — с сомнением смотрю на Сашу.

— Связь в наше время — это не роскошь, Жень, а уже необходимость, — терпеливо объясняет свое решение обзавестись телефонами.

— Необходимость? У меня городской есть. Да кому мне звонить-то? — искренне недоумеваю.

Саша опускается на стул и снисходительно отвечает:

— Я уверен, что со временем, найдется кому. А пока — мне. Можешь звонить, можешь писать. Берешь и пишешь эсэмэску, типа, — он открывает коробку и приговаривает: — Саша, я соскучилась, — а сам улыбается, пока вынимает устройство.

— Я правда соскучилась, — подтверждаю без всякой иронии.

— Спать пойдем, покажешь, как… — лукаво прищуривается, заставляя мои щеки пылать. — Давай открывай, чего сидишь? Продавец в “Евросети” этот посоветовала, — имеет в виду тот, что купил для меня.

Я нерешительно тянусь к другой коробке и достаю сотовый.

Оба устройства от одного производителя, название которого навевает мысли о мотоциклах.

Motorola.

Только у Саши аппарат проще: экран и кнопки, а тот, что мой — раскладывается, более тонкий и изящный. Я бы даже сказала — красивый.

— Ну-ка набери меня, — просит Саша. Я растерянно смотрю на кнопки, и он смеется, — сейчас научимся. Я сам, думаешь, кому-то хоть раз звонил с такого?

— Надо инструкцию почитать, — я лезу в коробку.

— Я тебя умоляю.

Саша быстро разбирается с меню. Я тоже не совсем отупела после декрета. И дед всегда говорил, что у меня технический склад ума. Потом мы забиваем в телефонные книги номера друг друга, и Саша снова говорит:

— Теперь позвони мне.