Книга Танец драконов и ключей. Том 2, страница 149 – Юлия Григорова

В небе продолжалась схватка драконов.

Извиваясь от боли и ярости, Аргентус вонзил клыки туда, где лапа Игниса сходилась с туловищем. Когти же полоснули по шее, оставляя тёмные борозды.

Игнис взмахнул крыльями и перевернулся в воздухе. В одно мгновение Аргентус оказался под ним — между тяжёлым телом и землёй. Они начали падать.

Теперь уже челюсти Игниса сомкнулись на шее серебряной ящерицы, а падение замедлилось. Лапы зелёного дракона коснулись земли, и он тряхнул головой, из-за чего Аргентус тоже затрясся, всё ещё продолжая отбиваться.

Лицо Гилберта исказилось от боли. Он пытался продолжать бежать, но что-то было не так. В очередной раз споткнувшись, мужчина налетел на дерево и врезался в него грудью. Опустившись на землю, он тяжело задышал, а лоб покрылся испариной, что было несвойственно элесторам.

Драконы скрылись за стволами деревьев, а мы убежали достаточно глубоко в лес, и последние моменты схватки мне пришлось рассматривать сквозь прогалы.

Заметив состояние Гилберта, я помогла ему сесть и облокотиться на ближайший ствол.

Нервно сглотнув, он тяжело вздохнул и поморщился.

— Уси… лен-н-ная свя язь пере пере передаёт его боль. Игнис его убивает, — почти по слогам проговорил восьмой элестор.

Где-то сзади наперебой с воем Аргентуса я уловила треск веток и звук шагов. Килиан не оставлял попыток нагнать нас.

Сидя рядом с Гилбертом, я в панике оборачивалась, опасаясь рано или поздно увидеть преследователя, а в голове царил какой-то безумный хаос.

— Что… Что нужно сделать? — с дрожью в голосе спросила я.

— Бежать. Ты должна бежать…

У меня перед глазами пронеслись события последних недель: фигура Гилберта ночью на качелях; его руки под моей грудью в кабинете отца и мой плевок ему в лицо; его песня в камере; каждая из его шуток за то время, что мы жили в одной комнате; танцы в таверне; схватка с драконами; девушка с кувшином возле Гилберта и испытанное мной раздражение; его поцелуй посреди улицы и дождь.

Если Игнис убьёт Аргентуса, Гилберт умрёт вместе с ним…

От этой мысли стало плевать на тот мир, которого я не знала и куда так стремился Килиан. А заодно плевать на жертву матери ради этой идиотской цели, ведь я не понимала её ценности. Для меня главное было — спасти того, кто заставлял меня улыбаться последние дни, когда всё вокруг окрасилось в серый цвет и потеряло смысл.

Он ещё очень многое должен был мне рассказать и как-то оправдать себя в моих глазах, объяснить всё то, что прозвучало в таверне, и залатать моё сжавшееся в груди сердце, не дав ему разбиться окончательно.

— Обещай мне всё объяснить про тебя и Килиана, — попросила я.

Лицо восьмого элестора снова исказилось от боли. Он с силой втянул в себя воздух сквозь плотно сжатые зубы, но не ощутил его в лёгких. Серебряный дракон задыхался, и из-за усиленной связи, что делила между ними боль, это передавалось и Гилберту.

— Я ни ни че го не буду обещать…

— Тогда молчи. Я сама решу, — раздражённо заявила я.

Резко поцеловав Гилберта прямо в губы, я вскочила и бросилась назад. Хриплый голос позади звал меня, но моё присутствие рядом не могло его спасти.

Что было сил я бежала в деревню, к Игнису и его добыче, всего с одной мыслью: не опоздать. Дыхание сбилось, бок начало колоть. Пришлось заглатывать воздух ртом, пока горло не начало болеть. Справившись с внезапным приступом кашля, я выскочила на ту самую дорогу, посреди которой стоял дракон, и уверенно направилась прямо к нему.