Книга Танец драконов и ключей. Том 2, страница 117 – Юлия Григорова

Пока еда готовилась, мы просто сидели, наблюдая за тем, как трактир наполнялся народом. Люди приходили и уходили, но пустые столики постепенно заканчивались. Никто не обращал на нас внимания. Многие даже не смотрели в нашу сторону. Им было совершенно всё равно.

Посетители сразу выискивали знакомых, друзей, хлопали их по плечу, садились рядом, вклинивались в разговор. Другие заваливались в двери шумными компаниями или целыми семьями.

— Они весь день работали, и вечер для многих — время, которое они могут уделить самим себе. Люди пытаются насладиться обществом друг друга, ведь завтра им снова предстоит напряжённый день, благодаря которому у них будут хоть какие-то деньги, чтобы прокормить себя и семью…

— И ты хочешь, чтобы я окунулась вот в это? — Я обвела ладонью трактир.

— А что в этом такого? Так живут все. — Гилберт пожал плечами. — У многих есть любимые занятия, помимо работы, и тогда вечер они посвящают им, а не общению. А есть те, кто дышит только ради любимого дела. Ты тоже можешь найти такое. А если оно ещё и будет приносить доход…

— Я люблю летать.

— Полётами на еду не заработать. Разве что Зефир решит поделиться с тобой своей добычей, — усмехнулся мой спутник. — Если, конечно, ты не хочешь разбогатеть воровством, ведь страх перед человеком верхом на драконе может заставить людей отдать всё, что у них есть.

— Я больше ничего не умею… — с грустью в голосе заметила я.

— Ты умеешь читать и писать. Это неплохие навыки, которым многие здесь не обучены…

— Это не в счёт. Читать — скучно, а пишу я криво, — недовольно фыркнула я.

— Ну да, если читать только писанину Контуира, то это скучно, — рассмеялся Гилберт.

Пока мы разговаривали, девушка принесла наши порции тушёной утки с овощами, кувшин с каким-то ароматным напитком и две чашки. За едой время пролетело ещё более незаметно, на улице стемнело, а в трактире не осталось ни единого пустого столика.

Когда к нам снова подошла официантка, чтобы потребовать оплату, Гилберт улыбнулся ей и попросил дать несколько минут. Подмигнув мне, он взял со стола чашку, из которой я так и не пила, вскочил, протиснулся мимо пары столиков и оказался в самом центре зала.

— Друзья, прошу прощения, что прерываю ваш вечер своей болтовнёй, но так вышло, что я, дурак, забыл взять монеты, когда собирался на свидание со своей прекрасной леди, — громогласно заявил он. Указав на меня, Гилберт смущённо улыбнулся и продолжил: — Не сочтите за наглость попросить у вас по монетке, а я в благодарность скрашу ваш вечер песней!

У меня возникло жуткое желание уткнуться лицом в ладони, замотать головой в разные стороны и начать биться об стол. Ощутив дикий всплеск стыда за его поведение, я окинула взглядом трактир и заметила, что реакции людей разделились ровно пополам: кто-то пялился на Гилберта с явным раздражением, а кто-то — с задором и весельем. У вторых чаще всего был хмельной взгляд и покрасневшее лицо.

Проигнорировав реакцию окружающих и отсутствие музыки, мой спутник демонстративно поклонился и запел:

— Всем известно давно, что любви суждено, умирать, не успев окрепнуть. Эта сказка для тех, кто не верит в успех и боится разбитого сердца. Пари, пари, далеко от земли. Высоко в небесах, расправив крылья. Эта жизнь для двоих. Эта радость для нас. И никто её не отнимет.