Книга Танец драконов и ключей. Том 2, страница 103 – Юлия Григорова

Из-за седины его длинные волосы казались серыми и были стянуты в хвост на затылке. Густые брови и борода, перетекавшая в опрятные бакенбарды, сильно бросались в глаза и перетягивали внимание с большого орлиного носа.

Наблюдая за этой парочкой и тем, как они прошлись от дверей ратуши до своих мест за столом на сцене, я недовольно хмыкнула, предположив, что оба напялили одежду похуже, чтобы не выглядеть зажравшимися представителями власти перед остальными жителями.

Когда звук трубы прекратился, успевший сесть в кресло седовласый мужчина величественно встал и в знак приветствия поднял руку ладонью в сторону толпы. Разговоры на площади прекратились, но лай собак и плач младенца где-то в отдалении так и не стихли.

Забавно было слышать, как этим двум безразлично развернувшееся представление.

— Друзья, — заговорил губернатор поставленным низким голосом. — Сегодня мы собрались здесь не ради зрелища или пустого любопытства, а во имя справедливости. — Он сделал короткую паузу, позволяя толпе переварить услышанное.

Капитан Баден, что сидел рядом с седовласым, нервно посматривал в нашу сторону и ёрзал на стуле, в то время как Контуир, наоборот, выглядел каменной статуей, развалившись на своём кресле и скрестив руки на груди.

— Сегодня нам предстоит решить, виновны ли элесторы Веллума, что стоят перед вами, в преступлении против жизни. — Губернатор направил ладонь прямо на нас. — Девятый элестор диа Гвендолин и Восьмой элестор диа Гилберт подозреваются в убийстве двух солдат. Парни с честью и достоинством охраняли наш сон и без нареканий несли свою службу, но были жестоко убиты на своём посту две недели назад.

По толпе прошёлся едва уловимый шепоток: кто-то ахнул, кто-то демонстративно сплюнул, некоторые начали тихо переговариваться. Но стоило седовласому продолжить, и все снова смолкли.

— Мы проведём разбирательство открыто, чтобы ни у кого не осталось сомнений. Решение будет принято честно, в соответствии с законами нашего города и совестью каждого, кто здесь присутствует. Стороны будут выслушаны. Свидетели — допрошены. А вердикт… — Он задержал взгляд где-то над толпой, будто ища того, кто осмелится сомневаться. — Вердикт будет вынесен не страхом, не выгодой, а правдой. От пострадавшей стороны выступает командир погибших солдат, капитан Баден. От элесторов — глава Веллума вознесённых крыльев, первый элестор диа Контуир. Возглавляю заседание я, ваш губернатор Торин. Да начнётся заседание! — торжественно произнёс седовласый, опустил руку и сел в кресло.

В тот самый миг показалось, что воздух вокруг стал гуще и превратился в желе. Вся площадь словно задержала дыхание в ожидании, что же будет дальше, и многие люди время от времени бросали взгляд на покачивавшиеся петли на виселице. Уставившись на них, я плотно стиснула зубы, прокручивая в голове мысль: «Зачем они их тут повесили? Они ведь не думают, что правда казнят нас? Это полный бред…»

Краем глаза я увидела, как поднялся капитан Баден, как он выпрямился, разгладил складки на слегка смявшемся камзоле и начал что-то громогласно вещать о той ночи. Его слова пролетали мимо моих ушей, я даже не хотела в них вслушиваться. Отогнав крутившиеся в голове вопросы, я мысленно пыталась повторить заученную речь, но от волнения у меня путались предложения, и всё сливалось в какую-то кашу.