Книга Псарыня-боярыня и Серый полуволк, страница 18 – Екатерина Нагорная

Вертелось где-то на задворках сознания ещё кое-что... Что-то такое неуловимое, что не давало мне покоя. Ладно, разберусь постепенно.

Вскоре случился ещё один эпизод, который окончательно укрепил меня в моих сомнения и подозрениях.

Коль уж так сложилось, что полуволк оказался говорящим и даже болтливым, превращение его из полудикой твари в вышколенного пса упростилось и ускорилось. А значит и времени свободного у нас троих стало куда больше. Поэтому повседневные команды поотрабатывали, нападение коварного врага при помощи наших охранников разыграли — злые дядьки старались на совесть, даже страшно иногда становилось за Серого — ну и всё, можно погулять.

И вот так носились мы как-то раз по замёрзшему полю, то в сухой траве, то в борозде друг от друга прятались, то в догонялки, то в «море волнуется» (да, я научила) играли. Такой счастливый был румяный от мороза и бега Дан, такой свободный. Дуралей Серый валялся с блаженной мордой в снегу, перемешанном с травой, подвывал и чихал. Уж на что Брёх и Глыба мужики суровые, так и они заухмылялись в усы, рукавицами рты прикрывать стали, отворачивались — а ну как мы решим, что они не такие уж и злые и суровые.

И вдруг всё закончилось. Дан глянул куда-то мне за спину и вся его радость выцвела и рассыпалась в пыль. Я обернулась — на краю поля верхом на своём соловом коне, с лицом унылым и мрачным, будто открыл банку красной икры, а она стухла, высился боярин Пересвет. Он ничего не сказал, даже жеста никакого не изобразил, но Дан, понурив голову, побрёл к нему. Пересвет подхватил его, усадил в седло перед собой и умчал в сторону города. А вот стражники с места не сдвинулись. Интересно, да? Оказывается, охраняют не только мальчика. Ну как охраняют? Глыба ухмыльнулся мне и недвусмысленно кивнул вслед уезжающему боярину, мол, и ты давай, двигай.

М-да... Повеселились.

— «Играть и петь ей не даёт, за смех хвостатой плёткой бьёт. Он угрожает ей мечом, лишь поведёт она плечом...» — пробормотала я, вспомнив английскую сказку из своего детства («Рыжий Эттин», английская народная сказка, сборник «Сквозь волшебное кольцо»).

— Чего? — переспросил Серый.

— Ничего. Цитирую.

Полуволк опасливо скосился на меня и отодвинулся.

— Тебе, это... Может к знахарке?

— Зачем?

— Чтобы не титировало там тебе. А это как вообще, больно?

Вот свяжись с дураком, а... Я вздохнула:

— Да идём уже.

И пошла. Видимо, с таким лицом, что Брёх счёл нужным меня притормозить:

— Ты охолонись, псарыня Ярослава. Боярин знает, что делает. Время нынче неспокойное, морозов не было. Вот устоятся холода, снег ляжет — гуляй себе на здоровье, хошь одна, хошь с бояричем.

Загадки он мне тут загадывает! Спокойнее им тут в мороз! Да знаете, что!..

Я грозно сопела до самой псарни и только там дала волю гневу.

Никша внимательно слушал мои словесные извержения, аккуратно уворачивался от рукомаханий и попавших под них предметов, а потом я второй раз за день услышала:

— Охолонись, Славка. Боярин знает, что делает. А ну как сорники ещё по округе прячутся? Увели бы Дана, что бы ты тогда боярину сказывала?

— Раньше-то не увели! — горячилась я, не особенно задумываясь над тем, что слышала.

— Так то раньше. Раньше у нас в подвале сорник не сидел...

Ах, да! Я совсем забыла сказать: это вот происшествие приключилось через несколько дней после того случая с попыткой отравления сторожевых собак. Когда злоумышленник в обморок упал, и его в подвале заперли.