Онлайн книга «Псарыня-боярыня и Серый полуволк»
|
Серёжа был выше Миши на полголовы, чем и пытался давить, но Миша Серёжу превосходил по ширине — на полкорпуса, плюс ещё надулся. Зато сопели они яростно и совершенно одинаково, угрожающе щурились — тоже. Ещё немного и заходят друг возле друга, как два кобеля. Главное, чтобы углы метить не пошли, доказывая кто тут главный. Я смотрела на них и с тоской размышляла, за что мне это всё. Ну вот почему у меня всё хорошо с работой, с друзьями, даже с родственниками неплохо. А вот на мужчин мне не везёт категорически. Хоть бы раз встретить хорошего, надёжного, серьёзного, ответственного. Чтобы не разбивать себе каждый раз лицо фейспалмами, а жить с ним спокойно, любить его. И не думать, что он там в следующий раз вытворит — то ли сбежит со свидания, потому что ему показалось, что вот в тех кустах сплюшка крикнула, то ли скажет, что пойдёт в магазин за хлебом, а сам на рыбалку с друзьями. Ну как с друзьями... С подругами. Моими. Моей. Или пригласит в ресторан на другом конце города, рядом с промзоной. Хотя откуда там ресторан? Чего я тогда так вырядилась вообще? Платье новое, туфли... Точно та фура была знаком, что не надо мне такого... как там его звали? Может и неловкая эта встреча — тоже знак? Беги, беги отсюда, Нечаева! Перевернётся ещё на твоей улице грузовик с принцами на белых конях. Но не сегодня, не сегодня... Пока претенденты на мою руку или на что-то там ещё, мерились пи... мерялись между собой статями, я размышляла, за каким мне всё это надо, Алька плотоядно облизывалась и радостно подвывала, мол, давай, отпусти меня, я им сейчас откушу что-нибудь. Обоим. Двоим. Каждому. И вот как-то всё труднее становилось собаченьку мою удерживать. Пакет этот ещё... — Короче, — сказала я, окончательно потеряв терпение и настроение, — вы тут общайтесь, а мы пошли. У меня руки уже до колен оттянулись. Зря я это сказала. Слова мои стали сигналом к новому раунду. — Я помогу, — рыкнул Серёжа Баранов. — Нет, я помогу, — прошипел Миша, фамилию не знаю. Оба они ухватились за несчастный пакет и стали тянуть его каждый к себе. Пакет жизнь и технология производства к такому не готовили, конечно, и он просто лопнул. Увы, ах и твою ж-то мать! Все мои покупки, к счастью, ничего не разбилось, покатились по разбитому (так уже было, это не мы) асфальту возле родимого подъезда. А, нет... «Кря!» — душераздирающе сказала банка сметаны и свалилась в подвал, минуя лестницу — подкатилась под ограждение и сразу вниз. Вот она, последняя капля. — Да пошли вы оба! Убирайтесь, чтобы я вас больше не видела! — Но... — Но... — Я сейчас Альку спущу! Умелись, как миленькие. Испарились. Исчезли. Растворились. А я опустилась на корточки и стала потихоньку собирать несобираемое. В рюкзак, по карманам, в зубы Альке. Надо её тут оставить охранять, а самой за пакетом домой сходить. Сметану жалко... Придётся опять идти. Перед лицом возник холщовый шопер. — Вот, держите, — снова неразлучная троица. Старший протягивал мне сумку. — Спасибо... Я успела только взяться за ручки, как братья в мгновение ока собрали оставшиеся покупки и аккуратно уложили в шопер. Их лайка, Звенка, кажется, тем временем подошла к Альке. Дамы приветственно обнюхались, махнули хвостами и спокойно уселись рядом. И собаченция моя, доселе других сук воспринимавшая довольно агрессивно, вела себя так, словно это лучшая её подружка пришла, со щенячества самого знакомая. Поразительно. |