Книга Одиночка, страница 124 – Маргарита Блинова

— Шансы были, — признается он. — Рири не знал, как точно должен работать такой поиск, поэтому легко мог перенести нас домой.

От мысли, что я потеряла бы лаэрда, становится холодно и одиноко. Я порывисто обнимаю мужчину за плечи, так, словно боюсь, что он испарится прямо у меня на глазах, и чувствую, как тело бьет мелкая нервная дрожь.

— Теперь ты понимаешь, что чувствовал я, когда узнал, что ты сбежала с этим мальчишкой? — хрипло говорит Курт, прижимая меня к себе крепче.

Да, только теперь я начала осознавать, к чему мог привести мой продиктованный чувством обиды поступок.

Надо было разбудить Курта или спокойно дождаться утра и поговорить обо всем, как взрослым людям. Зачем я устроила весь этот цирк с «похищением» и побегом? Зачем?!

Я тяжело вздыхаю, мысленно матеря себя за глупость, из-за которой могла лишиться любимого мужчины.

— А знаешь, мы с Рири ведь ни секунды не сомневались, что у нас получится найти тебя, — признается Курт.

Я крепко прижимаюсь к нему всем телом, но и этого кажется мало. Закинув на бедро лаэрда еще и ногу, я, невероятно довольная собой, вдыхаю божественный аромат любимого мужчины и чувствую, как медленно начинает кружиться от счастья голова.

Он со мной! Он со мной, а не с ней!

Мой! — рычит внутри внезапно проснувшееся чувство собственничества.

— Курт… — мои пальчики шаловливо забираются под майку мужчины и осторожно царапают ноготками низ живота. — А что ты там про детей говорил?

Руки лаэрда с большой охотой опускаются по моей спине вниз, пару мгновений самозабвенно тискают попу и медленно стягивают мои трусики.

— Не терпится приступить к процессу создания новой жизни? — провокационно спрашивает он.

Вдумчиво размышляю над словами мужчины.

Дети? Нет, я не против, конечно. Но зачем так скоро?

— Может, для начала просто порепетируем?

Он охотно кивает.

— Правильно, дети и их мама должны носить мою фамилию, — тихонько рычит лаэрд и одним движением оказывается сверху.

Курт с легкостью избавляет меня от последнего предмета одежды, в то время как я не слишком ловко стягиваю с него майку.

— Но это будет генеральная репетиция, — уверенно шепчет он, покрывая мою шею чувственными поцелуями и медленно спускаясь вниз.

Я счастливо улыбаюсь, лежа с любимым мужчиной на кровати в виде сердца, в то время как мое собственное бешено стучит от восторга и счастья.

— Моя девочка, — страстно стонет Курт, вновь зажигая во мне угли утихшей страсти. — Моя радость… Моя любовь…

Не желая оставаться в стороне от процесса, обнимаю его бедра ногами, а руками ласкаю широкую спину и плечи.

— Мой старичок, — хихикаю в ответ.

Он дарит мне нежный поцелуй, полный любви, и мы оба проваливаемся в омут ненасытной страсти друг к другу.

Я просыпаюсь от настойчивых прикосновений мужских рук.

— Курт, — со стоном выдыхаю, пряча голову под крыло. — Я очень устала…

Нет, ну правда. Он ненасытен, как ребенок, первый раз попавший в бесплатную кондитерскую, но я-то тоже не железная. Медовый месяц, конечно, предполагает активную сексуальную жизнь, но не три же раза подряд!

За спиной раздается скорбный вздох, но руки настойчивости не теряют. Коготки умело царапают кожу на плечах, а затем ласку получает самое чувствительное место — за спиной между крыльями.

Стоп! Крыльями?