Книга Некроманты Поляриса. Дилогия, страница 140 – Маргарита Блинова

Игнорируя ехидно хрюкающего от еле сдерживаемого смеха драколича и его бледного хозяина на грани обморока, я бросилась к лыбящемуся Кельвину и схватила штору.

— Точно твой? Где написано? Дай, не бойся!

Но королевский палач вцепился в брачный атрибут с таким непреклонным выражением на лице, словно подозревал меня в попытке вырвать обретенный браслет и нацепить на другую руку. Не иначе как для симметрии. Или из вредности.

— Вот! – быстро ткнул он куда‑то внутрь ободка, давая возможность прочитать выгравированные буквы.

— Некромант‑при‑дворе, – вслух озвучила я и нахмурилась. – Это что ещё значит?

— Это значит, что браслет точно мой, – заявил он с улыбкой безумно счастливого человека, отогнавшего от себя угрозу брака, и от греха подальше, то есть от меня, убрал браслет во внутренний карман.

Фух! Ну ладно, этого некроманта исключили. Осталось два.

Я на пятках развернулась к Данте Праймусу, над которым зависла тень брака, и уперла руки в бока.

— Мы так и будем стоять?

Глава отделения некромантии сморгнул ужас, решительно расправил плечи и начал командовать:

— Кельвин, поймай помощника ректора и главу отделения боевой магии. Мне нужна фора в десять минут, и можешь возвращать их обратно в Староград. И без твоих излюбленных фокусов, пожалуйста.

— Обижаешь, братец, – усмехнулся Кельвин с видом «Я? И без фокусов?», но Данте уже поворачивался к Спайку:

— Идешь к Уинслоу и просишь того отправить Северу послание. Пусть брат как можно скорее проверит свой браслет и даст нам знать. Кейт…

Но я уже без слов сцапала его за локоть и потащила в неизвестность.

Где в этом лабиринте переходов и лестниц комната для перемещений? Не замок, а клубок бараньих кишок какой‑то! Хоть бы указатели повесили. Или план эвакуации нарисовали.

— Кейт, в другую сторону.

И вот кто бы сомневался?

Башня некромантов встретила нас криками.

Хотелось бы сказать, что приветственными, но увы.

— И‑и‑и! – завывал кто‑то.

— Посторонись, несу клещи! – предупреждал другой.

— Шинг‑шня‑я‑як… Кхе‑кхе… – хрипел третий.

— Гертруда, лапонька, выплюнь бяку! – молил четвертый.

Данте развернулся в сторону звуков, словно счетчик Ге́йгера – Мю́ллера, скрупулезно вымеряя уровень угрозы. Еще с полсекунды напряженно к чему‑то прислушивался, а после тихохонько ругнулся. Из чего я сделала вывод: за поворотом нас ждет красная зона.

В подтверждение этой мысли что‑то чувственно взорвалось. Из‑за поворота торжественно вылетело облачко пыли и с достоинством пожилой матроны медленно осело на пол.

— Иди в мой кабинет, там безопасно, – крикнул некромант, устремляясь вперед.

Ха! Да за какую трусливую фиалку принял меня этот некромант, если всерьез полагает, что я уйду? А как же веселье?

— Кейт, лучше не надо, – предпринял вторую попытку воззвания к самому скучному инстинкту человека – инстинкту самосохранения, но я упрямо поджала губы и вырвалась вперед.

И первой же очутилась в эпицентре некромантского абсурда.

Начнем с того, что все происходило в овальном закутке с десятком темных коридоров, прогрызенных по периметру. В центре площадки висела старинная люстра. Она была круглая и своеобразная – с подсвечниками в ручках кинжалов, направленных остриями к полу.

Уцепившись за цепь, на которой была подвешена конструкция а‑ля лампа, завывал и покачивался (о ужас и внимание) ректор. Ниже, вцепившись в сползающие штаны работодателя, болтался глава отделения анималистов. Верхняя часть пухлого добрячка с лысеющей шевелюрой сочного морковного оттенка то отчаянно молилась всем богам вперемешку, то не менее страстно проклинала некромантов. Нижняя – терялась в недрах сомкнутой пасти Гертруды.