Книга Иридий. Про них шептался Космос, страница 13 – Маргарита Блинова

Я подслеповато щурюсь от света и вновь улавливаю едкий запах офицерской формы.

«Окс, вы прекрасно справились, – благодарит меня Шара. – Ждем вас в зале».

Капитан помогает мне встать и одним уверенным движением развязывает руки.

— Спасибо, – рассеянно благодарю я и хмурюсь.

Что-то не так. И это что-то не дает мне покоя.

Я в задумчивости оглядываю форму стоящего передо мной капитана и неожиданно прошу:

— Можно вас потрогать?

Легкая тень удивления мелькает на его лице, он скрещивает руки на груди в бессознательной защитной реакции, а затем пристально смотрит мне в глаза.

— В смысле не вас, – торопливо поясняю я, – а вашу форму…

Капитан хмурит золотисто-рыжие брови, и в его взгляде мелькает настороженность, но он тем не менее кивает.

Стараясь не думать, как это может выглядеть со стороны, и мысленно радуясь, что Бак – любитель сигар, я делаю шаг вперед и кладу ладони на грудь Тивана.

Форма…

Белоснежный китель с черными нашивками знаков принадлежности к межзвездному флоту. На груди вышиты четыре знакомые с детства каждому звезды: золотое Солнце, серебристая Проксима Центавра, красная Адара и бордовая Вега.

Я веду руки вниз по магнитным застежкам кителя, затем трогаю рукава, мну жесткую ткань и снова хмурюсь.

— Рокси? – осторожно зовет Тиван, но я только недовольно дергаю головой.

Никак не могу понять, что же меня смущает. Душитель был одет в точно такую же форму. Это видела я, это же запечатлела камера. Так почему же меня грызет червячок сомнения?

А в следующую секунду на меня словно снисходит озарение. Инсайт настолько головокружителен, что сердце, словно сумасшедшее, начинает биться о грудную клетку.

«Окс, приборы регистрирует крайнюю степень вашей взволнованности, – тут же оживает голос Шары в моей голове. – Окс, у вас все в порядке?»

Я отрицательно качаю головой, прижимаюсь лицом к груди капитана и делаю глубокий вдох.

Великая Вселенная!

Едкий запах химикатов бьет по носу и проникает в мозг. Резко отстранившись, я встречаюсь взглядом с капитаном Тиваном и облизываю отчего-то пересохшие губы.

— Шара, – севшим голосом зову я. – Скажите детективу Снаю, что я ошиблась. Это был не военный…

— Это же бред какой-то! – разглагольствовал юрист департамента. – Предлагаю объявить следственный эксперимент проведенным некачественно и не засчитывать изменения в показаниях Рокси Тайлз.

— С чего это? – интересуется капитан Тиван, и в его голосе явственно слышится угроза.

Но опытного юриста не так-то легко выбить из колеи.

— А с того, что вы, капитан Тиван, оказывали влияние на жертву нападения.

Капитан делает малюсенький шаг в сторону своего оппонента.

— Да неужели? И как же я на нее повлиял?

Юрист департамента отступает назад. Однако прежнего агрессивного настроя не теряет.

— Всего пятнадцать минут с вами в том переулке – и Рокси кардинальным образом меняет свои показания, – выпаливает он, бледнея от сдерживаемого волнения. – Это ли не свидетельство давления?

— Так! Вы оба успокойтесь! – достаточно грубо обрывает обоих детектив Снай. – Окс, – поворачивается он ко мне, – в чем дело?

Ну вот! А я уже было порадовалась, что за перепалкой обо мне могут забыть, и я сумею тихонько выскользнуть к Баку.

— Ну-у… – мычу я и невольно ежусь под пристальными взглядами всех собравшихся сейчас в баре официальных лиц.