Книга Чертовку вызывали?, страница 52 – Маргарита Блинова

— Что? – хмуро бросил Ден, встречаясь со мной взглядом.

— Никогда не думала, что быть занозой в чьей-то заднице окажется так приятно.

Судя по тому, как сжались челюсти собеседника, еще чуть-чуть, и Мэг Фридом доберется не только до задницы, но и до печенок Вентери.

За спиной послышался тихий смех. Ден поспешил юркнуть в раздевалку, где уже вовсю переодевались и ржали остальные участники команды. Я же повернулась и стал следить за тем, как приближается серый кардинал.

Коул был хорош, чертовски хорош в небе. Понятия не имею, почему его оставляли в защите. С его скоростью и впечатляющими размерами орлана, Сент-Клер прекрасно мог бы играть в нападении. Но почему-то не играл, уступая это место Дереку с Деном.

— Ты задолжал мне объяснения! – широко улыбаясь, сообщила Коулу, подошла и ткнула кулаком в плечо.

Меня тотчас обняли и по-собственнически притянули.

— А ты задолжала мне поцелуй.

— Не помню та…

Окончание фразы оказалось потеряно из-за внезапного голода. Голода, который можно было утолить лишь один способом – прижаться сильнее и ответить на поцелуй. Поцелуй, который так некстати прервался рыком:

— Коул, мать твою, Сент-Клер!!!

Я мгновенно узнала орущего и отскочила от Коула быстрее, чем ведьма от костра, возведенного в ее честь. С опаской глянула в противоположную часть коридора.

Ну здравствуй, папа.

Коул поднял руки и миролюбиво начал:

— Нед, я…

— Еще раз дотронешься до моей дочери, и я вырву твои влажные, похотливые ручонки, а после приставлю их к не предусмотренному человеческой конституцией месту, – рявкнул папа на весь коридор.

Нед Хантер шагал по коридору, подобно гладиатору по песку арены. Его лицо не выражало ничего жизнеутверждающего, а руки сжимали две спортивные сумки с такой угрозой, словно хотели забить ими кое-кого до смерти.

В отличие от меня, отчаянно мнущей воротник комбинезона, Коул выглядел абсолютно спокойным. Ну, по крайней мере, внешне.

И вот что мне всегда нравилось в сером кардинале, так это способность красноречиво хранить молчание и злобно зыркать глазами цвета свежего эспрессо. Но, видать, в процессе тренировки Коул подцепил от Ублюдка необоснованную жажду драки. Он сделал шаг вперед, уверенно загородил меня своей широкой спиной и выдал:

— При всем моем уважении, Нед, но я люблю вашу дочь.

— Засунь свое уважение и чувства в сраку, мальчик! – взревел, аки раненый лев, Нед Хантер, роняя сумки и хватая Коула за грудки.

Что ж, надо было сразу догадаться, что такой длинный и утомительный день обязательно закончится головоломкой «куда мы спрячем труп молодого мага».

— Повторяю. – Коул действовал со стремительностью ртути: быстро вскинул руки, вывернул кисть соперника, швырнул к стене и навалился сверху. – Я без ума от Яры. Если понадобится, я буду защищать ее от всего мира.

— Я ее отец!

О боги, как запальчиво!

— От вас, возможно, в первую очередь, – тихо уронил Коул, выпуская Неда и отступая на шаг.

Будучи (пусть и где-то очень в глубине души) девочкой, я испытала пищащий восторг от того, что Коул встал на мою защиту. А еще яркую толику злорадства от мысли, что кто-то поставил Хантера на место.

Папочка же явно испытал какой-то иной спектр ощущений, потому что резко развернулся и враждебно посмотрел на Сент-Клера. Настолько враждебно, можно даже сказать, детоубийственно, что я поспешила встрять между ними, пока влиятельное семейство не лишилось наследника.