Книга Машка Попова. Первый курс, страница 94 – Ирина Ульяненко

— Ещё раз так назовёшь — назначу ассистентом, — предупредила она.

— Правда?!

— Будешь искать мой второй носок.

Вечером Машка сидела дома в футболке с котлетой, ела картошку и смотрела комедию, когда Беляев прислал сообщение:

«Мария, добрый вечер. В понедельник зайдите ко мне перед занятием. Есть хорошие новости по научному кружку».

Машка улыбнулась. Наконец хорошие новости без угроз, проверок и скандалов.

Она похвасталась брату. Тот поздравил, а затем спросил:

— А там микроскопы есть?

— Конечно.

— А можно нашу котлету под микроскопом сфотографировать?

— Андрей, ты неисправим.

— Зато предприимчивый.

Следующее сообщение пришло от Дениса:

«Завтра идём на двойное свидание. Ты, я, Лера и мой друг Никита».

Машка села прямее.

«Ты хочешь познакомить Никиту с Лерой?»

«Да».

«Волков, он к этому готов?»

«Маша!»

Она рассмеялась. Лера, которая падала в обморок при виде сердца, принимала пузырёк воздуха за глаз и однажды во сне выходила замуж за скелет, вполне могла произвести незабываемое впечатление.

— Завтра будем устраивать личную жизнь подруге, — объявила Машка.

Андрей поднял голову:

— А котлеты нужны?

— Андрюш, котлеты нужны всегда.

Но в другой части города в этот же вечер Кристина сидела напротив отца. Перед Вадимом Сергеевичем лежали бумаги, телефон непрерывно звонил. Он сбрасывал вызовы.

— Пап, что происходит? — не выдержала она.

— Ничего, что должно тебя касаться.

— Ты же обещал всё уладить!

Он резко посмотрел на дочь:

— Кристина, я просил держаться подальше от этой истории. От лаборатории, от документов. И особенно от Поповой.

— При чём тут Машка?!

Вадим Сергеевич помолчал.

— Это я сейчас и пытаюсь выяснить.

Кристина побледнела. Впервые она видела отца настолько напуганным. Человека, который всегда уверял, будто любую проблему можно решить деньгами.

А Машка тем временем счастливо доедала картошку, спорила с Андреем о цветах футболок и переписывалась с Денисом. Она понятия не имела, что тревоги в семье Кристины связаны с куда более серьёзными событиями, чем студенческая ревность.

Сейчас у неё была другая задача: помочь Лере познакомиться с Никитой.

И Машка больше всего боялась услышать привычное:

«МАШКА, Я ВЛЮБИЛАСЬ!»

Потому что тогда Геннадий Аркадьевич окончательно рисковал остаться брошенным женихом.

А это уже настоящая человеческая трагедия.

Конец семнадцатой главы.

В субботу в девять утра Машку разбудил телефон.

Она нащупала его под подушкой, приложила к уху и сонно пробормотала:

— Если это не пожар, не землетрясение и не доставка бесплатной пиццы, перезвоните после двенадцати.

— МАШКА! Я НЕ ЗНАЮ, ЧТО НАДЕТЬ!

Машка открыла один глаз.

Лера. Разумеется. Кто ещё способен в девять утра устроить международный кризис из-за гардероба?

— Лер, надень одежду.

— КАКУЮ?!

— Чистую. Желательно свою.

— ПОПОВА!

На другом конце послышался отчаянный вздох.

— Машка, я серьёзно! Сегодня же свидание!

— Лерочка, родная, мы идём в боулинг. Там главное — не бросать шары в других посетителей.

— А вдруг Никита мне не понравится?!

— Тогда будешь играть в боулинг.

— А если понравится?!

— Тоже будешь. Удобное мероприятие, правда?

Лера замолчала, а затем тихо спросила:

— Маш, а он красивый?

— Не знаю. Я его не видела. Денис сказал, что хороший парень.