Книга Машка Попова. Первый курс, страница 238 – Ирина Ульяненко

Она подошла к преподавательскому столу, села и разложила листы. И начала отвечать. Сначала немного нервничала. Но уже через минуту почувствовала, что всё идёт хорошо. Она рассказывала о локтевом суставе. Объясняла его строение.

Показывала движения. Профессор слушал. Иногда кивал.

Потом неожиданно спросил:

— Почему вращение предплечья возможно, хотя локтевая и лучевая кости соединены между собой?

Машка задумалась. Вот тут требовалось не просто назвать сустав. Нужно было объяснить механизм. Она выпрямилась.

— Потому что при пронации и супинации лучевая кость движется относительно локтевой. В этом участвуют проксимальный и дистальный лучелоктевые суставы. Локтевая кость при этом относительно стабильна, а лучевая меняет положение вокруг неё.

Громов кивнул.

— Хорошо. А какие мышцы выполняют супинацию?

Машка ответила. Профессор уточнил ещё несколько деталей.

Она справилась.

На втором вопросе возникла небольшая заминка. Громов попросил назвать особенности иннервации одной из мышц. Машка вспомнила основной нерв. Но затем преподаватель уточнил деталь, которую она изучала давно. Она остановилась. Подумала.

Потом осторожно произнесла:

— Пётр Николаевич, здесь я не уверена. Основной ответ знаю, но дополнительную особенность сейчас могу назвать неправильно.

Громов внимательно посмотрел на неё.

— Хорошо. Тогда вернёмся к более общему вопросу.

Он предложил объяснить функциональную связь нескольких мышц при движении руки. Машка сосредоточилась. И ответила. Уже увереннее. Третий вопрос прошёл почти без затруднений. Профессор слушал.

Потом закрыл журнал. Посмотрел на студентку.

И неожиданно спросил:

— Попова, скажите мне одну вещь.

Она напряглась.

— Да?

— Вы помните своё первое занятие по анатомии?

Машка замерла. Конечно помнила. Как тут забыть. Она тогда даже не сразу поняла, куда нужно идти. А потом сидела в аудитории и боялась пошевелиться.

— Помню, Пётр Николаевич.

Громов кивнул.

— Тогда вы очень старались запомнить всё сразу.

Машка смущённо улыбнулась.

— Было такое.

— А теперь?

Она задумалась.

Потом честно ответила:

— Теперь стараюсь сначала понять.

Профессор некоторое время смотрел на неё. Потом неожиданно улыбнулся.

— Вот это правильный ответ.

Он открыл журнал. Сделал запись.

И спокойно произнёс:

— Отлично, Попова. Пять.

Машка замерла. Несколько секунд просто смотрела на профессора.

А потом тихо переспросила:

— Пять?

Громов приподнял бровь.

— Вы хотите, чтобы я передумал?

— НЕТ!

Второй преподаватель рассмеялся. Громов тоже улыбнулся.

— Тогда поздравляю с завершением первого курса.

Машка почувствовала, как к глазам подступают слёзы. Она быстро моргнула.

— Спасибо, Пётр Николаевич.

Профессор кивнул.

И неожиданно добавил:

— Попова.

Она остановилась.

— Да?

— В следующем году постарайтесь сохранить интерес к учёбе.

Машка улыбнулась.

— Постараюсь.

— И ещё.

Она насторожилась.

— Что?

Громов совершенно спокойно произнёс:

— В следующем году постарайтесь приходить вовремя. И без утренних поисков юбки.

Машка замерла. Посмотрела на преподавателя. И вдруг поняла, что даже история с исчезнувшей юбкой не прошла мимо профессора. Его невозможно было ничем удивить. Она покраснела до ушей.

— Пётр Николаевич! Вы и это помните?!

Профессор впервые за весь экзамен рассмеялся совершенно открыто.