Книга Машка Попова. Первый курс, страница 225 – Ирина Ульяненко

Преподаватели пересчитывали учебные материалы. Сотрудники университета проверяли документы. Стас боялся обвинений. Кристина переживала за семью. А Машка получала угрозы. — Но ведь это просто учебные препараты, — неожиданно произнесла она. — Зачем вообще связываться с ними? Анна Владимировна посмотрела на неё. — Сами по себе отдельные препараты могут стоить сравнительно немного. Но в данном случае речь шла и о комплектных наборах, оборудовании, договорах поставки и оплате. Финансовая выгода возникала не только от перенаправления товаров, но и от документального оформления неисполненных поставок. Машка задумалась. Потом тихо сказала: — Понятно. И вдруг поняла, насколько нелепой была вся история. Виновник даже не пытался совершить что-то необыкновенное. Он просто рассчитывал, что никто не станет внимательно проверять бумаги. — А мой телефон? — спросила Машка. — Откуда он его взял? Анна Владимировна кивнула. — Это тоже выяснили. Она посмотрела на Елену Викторовну. Та заметно смутилась. Следователь продолжила: — Контактные данные студентов находились в организационном файле школьного мероприятия. Из-за неправильно настроенного доступа его могли открыть лица, которым эта информация не требовалась. Машка вспомнила недавний разговор с куратором. — Значит, оттуда. — Да. По собранным сведениям, Титов получил номер через этот файл. Адрес магазина вашей семьи был общедоступен, поэтому отправить письмо туда оказалось несложно. Машка медленно кивнула. Никакого невероятного взлома. Никаких тайных технологий. Обычная ошибка доступа. И человек, который решил ею воспользоваться. — А фотография с парковки? Следователь ответила: — Её он сделал сам. Проверка записей с камер и других материалов позволила установить, что он находился там в соответствующее время. Он также признал, что фотографировал вас для запугивания. Машка почувствовала неприятный холод. Вот этот момент оказался самым тяжёлым. Представить, что она просто шла к машине. Думала об учёбе. О Денисе. О том, что купить на ужин. А где-то неподалёку стоял человек, который специально снимал её, чтобы потом напугать. Она крепче сжала руку Дениса. Тот молча придвинулся ближе. — Он может снова написать? — спросил Сергей. Анна Владимировна ответила спокойно: — Мы приняли предусмотренные законом меры и предупредили его о недопустимости контактов, связанных с угрозами. Но никто не должен обещать вам абсолютной безопасности. Если появятся новые сообщения, сразу сообщайте нам. Отец кивнул. — Понятно. Машка посмотрела на следователя. — А его посадят? Анна Владимировна немного помолчала. — Решение о виновности и наказании принимает суд. Мы собираем доказательства и устанавливаем обстоятельства каждого эпизода. Я не буду обещать вам конкретный приговор. Машка задумалась. Потом кивнула. — Хорошо. Она посмотрела на отца. Потом на Дениса. И неожиданно почувствовала облегчение. Потому что ей больше не нужно было гадать. Кто. Зачем. Почему. Ответы появились. И теперь расследованием занимались люди, которые действительно должны были этим заниматься. После официальной встречи Машка задержалась в коридоре. Возле окна стояла Кристина. Она смотрела на университетский двор. На студентов. На машины.

На обычную жизнь, которая продолжалась, несмотря ни на что. Машка подошла. — Кристин… Та обернулась. — Да? — Как ты? Кристина горько усмехнулась. — Сложный вопрос. Машка кивнула. — Понимаю. Некоторое время они молчали. Потом Кристина тихо произнесла: — Папе придётся возвращать деньги по части договоров. — Да? — Да. И у компании серьёзные проблемы. Она опустила глаза. — Возможно, придётся продавать часть имущества. Сокращать расходы. Менять всю систему управления. Машка осторожно спросила: — А вы? Кристина пожала плечами. — Мы справимся. Наверное. Она немного помолчала. Потом неожиданно сказала: — Знаешь, раньше я думала, что деньги решают вообще всё. Машка посмотрела на неё. Кристина усмехнулась. — Что если у тебя красивая одежда, хорошая машина и богатые родители, значит, жизнь обязательно будет прекрасной. Она покачала головой. — Как же я ошибалась. Машка ничего не сказала. Потому что понимала: сейчас не время читать подруге лекцию о правильных ценностях. Кристина продолжила: — Папа впервые за много лет сам разбирает документы, проверяет счета, разговаривает с людьми. Он очень устал. Она посмотрела на Машку. — Но, кажется, впервые действительно понимает, что происходит в собственной компании. Машка улыбнулась. — Значит, не всё потеряно. Кристина кивнула. — Надеюсь. Они уже собирались уходить, когда Кристина неожиданно остановилась. — Маш… — Что? — Я хочу ещё раз извиниться. Машка удивилась. — За что теперь? Подруга посмотрела на неё. — За то, как я относилась к тебе в начале года. Машка вздохнула. — Кристин… — Нет, послушай. Та выпрямилась. — Я тогда считала, что имею право издеваться над человеком, если он мне не нравится. Распускать слухи. Делать гадости. Просто потому, что могу. Она опустила глаза. — А теперь понимаю, насколько это мерзко. Машка некоторое время молчала. Потом осторожно сказала: — Ты действительно была ужасной. Кристина усмехнулась. — Знаю. — Иногда мне хотелось тебя придушить. — Представляю. Машка улыбнулась. — Но теперь ты другая. Кристина подняла глаза. — Правда? — Правда. Ты научилась помогать другим. Перестала смотреть на людей сверху вниз. И даже иногда смеёшься над собой. Подруга неожиданно улыбнулась. Машка продолжила: — Только не думай, что я забыла всё плохое. Просто не хочу жить так, будто человек навсегда остаётся таким, каким был в худший момент своей жизни. Кристина смотрела на неё. Потом неожиданно обняла. Крепко. — Спасибо. Машка прижала её к себе. И тихо сказала: — Только больше не становись стервой. Кристина рассмеялась сквозь слёзы. — Постараюсь. — А то у меня и без тебя хватает проблем. — Например? Машка задумалась. — Например, Андрей вчера предложил сделать надувную морковку. Кристина согнулась пополам от смеха. Но самое важное Машка решила сделать после обеда. Она нашла Стаса. Тот сидел в столовой. Перед ним стояли два пирожка. Рядом лежал учебник. На странице красовались аккуратные цветные пометки. Машка остановилась. Улыбнулась. — Морозов. Он поднял голову. — Привет. Она села напротив. — Есть новости. Стас насторожился. — Какие? Машка некоторое время молчала. Потом серьёзно сказала: — Помнишь документы, где стояла твоя фамилия?