Книга Настоящий мужчина для разведёнки с ребёнком, страница 9 – Мия Грэй

К десяти часам она уже обосновалась в бытовке, разложив на столе эскизы и образцы материалов, когда дверь открылась и на пороге появился Александр Грей. Он был в светлой рубашке с закатанными рукавами, и Эмилия впервые увидела его без пиджака — плечи, осанка, уверенность в каждом движении. Он вошёл, осмотрел бытовку, поморщился при виде облупившейся краски на стенах и произнёс:

— Я думал, вы будете работать в офисе.

— А я думала, вы нанимали дизайнера, а не секретаря, — ответила Эмилия, не поднимая глаз от эскизов. — На объекте я вижу то, чего не увижу на фотографиях. Например, что окна в угловых квартирах выходят на север, а значит, там нужно особенно тщательно продумать освещение. Или что стены в некоторых помещениях имеют неровности, которые придётся скрывать.

Александр помолчал, и она почувствовала, как его взгляд скользит по её лицу, словно он оценивал не только её слова, но и её саму.

— Хорошо, — сказал он наконец. — Показывайте, что вы придумали.

Эмилия развернула перед ним эскизы. Она работала над ними всю ночь, после того как уложила Ноа, и гордилась результатом. Концепция была простой и элегантной: минимум декора, максимум пространства и света, натуральные материалы, спокойная цветовая гамма. Она объясняла, как будет выглядеть гостиная, кухня, спальни, и Александр слушал внимательно, не перебивая. Но когда она закончила, он произнёс:

— Это слишком просто.

Эмилия подняла на него глаза.

— Просто? Я бы сказала, лаконично. Люди устали от перегруженных интерьеров, от обилия деталей, которые не несут никакой функции. Они хотят дышать.

— Они хотят чувствовать, что живут в дорогом доме, — возразил Александр. — А ваш проект выглядит так, будто мы экономим на всём.

— Нет, это вы смотрите на него глазами человека, который привык измерять качество ценой. — Эмилия почувствовала, как внутри поднимается волна раздражения, но она сдержалась, стараясь говорить ровно. — Дорогой интерьер — не тот, где всё блестит, а тот, где каждая деталь на своём месте. Посмотрите на светильники: они итальянские, ручная работа. На пол — это не ламинат, а массив дуба. Я не экономлю, я расставляю акценты.

Александр скрестил руки на груди, и в его глазах промелькнуло что-то, что Эмилия не смогла бы назвать. Не гнев. Скорее вызов.

— А если я скажу, что хочу видеть в холле мрамор? Настоящий, а не имитацию?

— Тогда я скажу, что вы получите холодное, безликое пространство, в котором люди будут чувствовать себя как в банке. — Эмилия шагнула к нему, и её голос стал тише, но от этого только твёрже. — Мистер Грей, вы наняли меня, потому что хотели чего-то другого. Если вам нужен дизайнер, который будет молча кивать и выполнять ваши приказы, я могу порекомендовать нескольких коллег. Но если вы хотите, чтобы этот проект стал лучшим в вашей компании, позвольте мне делать свою работу.

В бытовке стало тихо. За окном прогрохотал самосвал, и от этого звука Эмилия вздрогнула, но не отвела взгляда. Александр смотрел на неё долго, и она видела, как в его глазах борются два чувства: привычка подавлять и что-то ещё, похожее на уважение.

— Вы всегда так разговариваете с теми, кто платит вам деньги? — спросил он наконец.

— Только с теми, кто заслуживает честного ответа.

Он усмехнулся — коротко, почти незаметно, но Эмилия заметила. Это была та же усмешка, что и вчера, когда Ноа протянул ему салфетку. И от этого открытия у неё перехватило дыхание.