Книга (не) твоя Снегурочка. Не думай, не мечтай!, страница 16 – Ника Верон

Или у самой, действительно, всё перегорело? Понять по поведению никак не получалось. В лице сменилась, пацаненка в гостиной с час назад увидела. А сейчас — холодом обдает, как из морозильной камеры.

— Извини, не хотела помешать, — заговорила негромко, пытаясь понять, сбросил ли, оборачиваясь к ней, звонок. — Пить хочу, воды не дашь?

Малыш оказался любопытным и разговорчивым. Вопросы сыпались, как из рога изобилия. Не успевала отвечать. Макс от участия в их общении самоустранился. Всё правильно. Деньги надо отрабатывать. Закон рынка. На данный момент она — и Снегурочка, и нянька. Два в одном.

В какой-то момент поняла, что мучит жажда. Горло требовалось хотя бы просто промочить, пока не осипла.

— Бери, не жалко, — разрешил Белов, кивнув в сторону крана. Секундная пауза, после которой поинтересовался, — Так неприятен, что даже по имени назвать не хочешь?

— Не начинай, — обронила, проходя к полке с перевёрнутыми в верх дном чашками.

До последнего оттягивала поход на кухню. Во-первых, мальчишку без присмотра опасалась оставлять. Хотя, вроде, спокойный, не лезет никуда. Игрушками занят. Во-вторых…

Вот как раз второе и создавало серьезную проблему. Очень не хотелось оставаться с Беловым наедине. Но стакан воды можно найти только вне комнаты. Ибо единственная жидкость, которая попала в поле видимости в гостиной — была неоткрытая бутылка шампанского, убранная на полку. Наверняка, чтобы малой, даже при большом желании, не смог дотянуться.

Уже открыла кран, когда Белов резко выдернул из её руки чашку. Закрыв кран, достал из холодильника кувшин с морсом.

— Твой любимый, брусничный, — переставляя ближе к ней наполненный стакан, обронил вслух. — Мал ому только не давай. Нельзя. Горло слабое, сразу больничная койка.

И снова молчание. Глубокое. Не получалось общения. Вообще — никак. И неожиданно мелькнула мысль — а не по этой ли причине владелец дома исчез из гостиной? Говорить исключительно с сыном вряд ли получится. А вот с ней… И рад бы, да не получается. У неё — не получается. Как стоп кран какой срабатывает. А если шаг в её сторону делает, бежать готова, не оглядываясь.

— Не думала, что до сих пор пьешь его, — проворчала, делая небольшой глоток.

А он, наблюдая за тем, как её губы касаются края стакана, представлял совершенно другое действо. Помнило тело, особенно одна немаловажная часть, не желающая на протяжении всего последнего часа успокаиваться, какие ласки они несли. Как на поцелуй отвечали. А потом, как стон с них срывался от удовольствия.

— Ин, — остановил, когда собиралась вернуться в комнату. — Ты… — черт, на первом свидании столько неуверенности в себе не было, сколько сейчас. — Правда, оставайся на Новый год. Если меня вдруг стала бояться, Никитку спать не стану укладывать, — продолжал торопливо, пока у двери замешкалась. — Наташка, по случаю новогодней ночи, разрешила не кошмариться. Если не захочет, не заставлять. Утром поспит дольше и ей даст выспаться.

Он вообще понимал, что нёс? Совместная встреча Нового года. С бывшей любовницей. В семейном гнездышке. Даже не смотря на историю с Катькой, о Белове была лучшего мнения. До сего момента.

— Наташка, — нервная усмешка коснулась губ. — Белов, что за семья у вас такая? На воскресного отца ты, вроде, не похож. Ты дома, с ребенком. Жена по своей программе. Вообще, не понимаю, как ты мог допустить, что сын тебя по имени называет? Неужели не хочется, чтобы «папа» прозвучало? Или вообще с ним не общаешься?