Книга Прости, что не любил, страница 11 – Лу Берри

Он повесил угрожающую паузу, но я лишь презрительно рассмеялась.

Парировала…

— А я подачек ждать не собираюсь. Суд разберётся, кто и что получит после развода.

С кривой усмешкой он покачал головой.

— Ты такая же, как все бабы. Алчная, жадная. Жаждущая отхапать то, на что у тебя нет прав!

Я хохотнула громче.

— Ты хотел сказать – как твоя Наденька? Теперь мне ясно, чьей меркой ты меня всегда мерил!

Он побелел от гнева – я попала в больное место. И решила надавить посильнее…

— Как хорошо, что ты понимаешь, что прибежать к тебе ее заставила именно жадность. Ещё бы, ведь теперь с тебя есть, что поиметь!

Он скривился, но быстро взял себя в руки. Снисходительно проговорил…

— Понимаю, тебе обидно сейчас, Оль. Но пойми правильно. Я просто решил быть честным. Не хочу больше врать ни тебе, ни себе. Я тебя не люблю. Никогда не любил. Мое сердце всегда принадлежало Наде и теперь мы с ней наконец можем быть вместе, потому что она развелась.

Я смотрела на него, слышала слова, а понять это все была не в силах.

Да и не хотела понимать.

Стоило просто послать его к черту, но что-то заставило меня все же спросить…

— Мы были в браке почти пятнадцать лет и все это время ты не любил, а просто притворялся?

Он раздражённо поморщился.

— Только не разводи сопли. Я и так тебе многое дал. Подобрал тебя, как собаку бродячую, воспитал…

Воспитал! Как собаку воспитал!

Я снова рассмеялась – на этот раз горько.

И ведь действительно – любила его так слепо и преданно, словно обласканная долгожданным вниманием псина.

Глупая, верная псина.

— Осторожнее, Рома, - проговорила ему в ответ. – Эта собака теперь может и укусить!

Он фыркнул.

— Если ты все сказала, что хотела – уходи. Я устал от этого цирка.

Отвернувшись, он открыл балкон, поймал в свои объятия эту окоченевшую шваль…

А я пообещала себе, что уйду сейчас, но однажды заставлю его пожалеть обо всем, что он сотворил.

Заставлю рыдать от боли.

Три года спустя. Февраль.

— Оль! Извини, что прерываю, но…

Я оторвала глаза от ноутбука, с молчаливым вопросом уставившись на свою помощницу, ворвавшуюся ко мне в кабинет.

Лена устало сдула со лба прядь светлых волос, выпалила…

— Помнишь нервную клиентку? Ту, что обещала заплатить втрое больше, если ты освободишь для неё день?

Я помнила. Хотя таких нервных у меня было пруд пруди. Можно коллекцию для Кунсткамеры собрать.

Я кивнула.

— Ну, и что ей надо на этот раз?

— Хочет, чтобы ты приехала немедленно и сделала пробные кадры.

— Вот оно как, - протянула я в ответ.

Ранее уже поменяла ради этой дамочки свои планы, сделав тем самым ей огромную уступку, но она, похоже, этого не поняла.

Я ещё не видела её лично, не общалась с ней даже по телефону – это все было задачей Лены, но мне уже было ясно, что мадам с претензиями и мнением, что вокруг неё вся Земля вертится.

Хотя таких я повидала немало за то время, что стала заниматься фотографией. Меня уже не удивишь.

Особенно нервными были, конечно, невесты. Перед свадьбой даже самые адекватные женщины порой с ума сходят. Я это все понимала.

Эта клиентка была как раз из тех, что хотят безупречную, идеальную свадьбу и все самое лучшее. К этому лучшему относилась и я.

Я стала фотографировать ещё когда была в браке – тайком от бывшего мужа. Просто хотела иметь какое-то своё дело, отыскать, как бы пафосно это ни звучало, свое призвание.