Книга Пожалеешь, что изменил, страница 27 – Лу Берри

Я стиснул зубы.

Вот ведь унаследовал от неё способность задавать именно тот вопрос, на который меньше всего хотелось отвечать.

— Потому что мама сама решила сейчас уехать, — проговорил я уже жёстче, чем собирался. — Я Ольгу сюда не звал. Когда ваша мама узнала обо всём, она сама привезла её к нам домой. А потом решила, что сегодня за вами должен поехать я. Поэтому давайте не будем делать вид, будто во всём, что сейчас происходит, виноват только я.

Слова вырвались почти непроизвольно.

И лишь договорив, я понял, насколько удобной получилась эта версия.

Я ведь не соврал. Ни в одном слове.

Тома действительно сама привезла Ольгу. Сама ушла. Сама переложила на меня сегодняшнюю поездку за мальчишками.

Просто всё это началось не с её решения.

Началось с меня и с моей измены.

Но произносить эту часть вслух почему-то совершенно не хотелось.

— А что мама должна была делать? — неожиданно спросил Павлик.

Я вскинул на него глаза.

— В смысле?

— Ну если ты завёл другую женщину и у тебя с ней теперь ребёнок, — пояснил он. — Мама что — должна была сделать вид, что ничего не происходит?

Несколько долгих секунд я молчал.

Павлик стоял передо мной, всё так же скрестив руки на груди, и в его лице вдруг появилось что-то до боли знакомое. Не внешне даже. Сам взгляд. Спокойный, упрямый, не позволяющий увести разговор туда, куда мне было удобнее.

Томин.

— Паш, всё гораздо сложнее, чем тебе сейчас кажется.

Он помолчал, продолжая смотреть на меня, а потом спросил:

— Вы теперь разведётесь?

— Я не знаю.

И вот это было правдой.

Возможно, первой совершенно честной фразой за весь разговор.

Я действительно не знал. Ещё вчера мне казалось, что теперь можно пожить с Ольгой, посмотреть, как всё сложится. Сегодня я уже не был уверен даже в том, хочу ли видеть её здесь завтра утром.

Но и Тома могла больше не захотеть видеть меня вообще.

— Мы с мамой пока ничего не решили, — продолжил я, стараясь говорить спокойнее. — Нам просто нужно время разобраться. А вам не надо выбирать между нами или переживать, что кто-то перестанет быть вашим отцом или матерью. Этого не случится.

Саня опустил голову.

— Я хочу, чтобы мама вернулась, — тихо сказал он.

В груди неприятно сдавило.

— Я тоже хочу с ней поговорить.

Это было не совсем то же самое, но поправлять себя я не стал.

Павлик ещё некоторое время смотрел на меня, после чего отвернулся. Разговор явно ничего не исправил. Да я, в общем-то, и не представлял, как можно исправить словами то, что уже произошло.

Из кухни донёсся голос Ольги:

— Родик, мальчики! Ужин остывает!

Я едва не выругался.

Не могла подождать ещё пять минут?

С другой стороны, мы действительно ничего не ели, а время уже было позднее. Мальчишки наверняка проголодались ещё по дороге домой.

— Пойдёмте поедим, — предложил я, поднимаясь. — На сегодня разговоров достаточно.

Саня тоже поднялся, а Павлик остался на месте.

— Я не хочу, — отрезал он.

— Паш, уже поздно. Вы наверняка голодные.

— Я не буду есть то, что приготовила эта тётка.

Саня, уже сделавший пару шагов к двери, остановился. Посмотрел на брата, потом на меня и тут же вернулся обратно.

— Я тоже не буду, — заявил он.

— Саня…

— Не буду.

Я медленно выдохнул, чувствуя, как начинает ныть висок.

Из кухни снова позвала Ольга, на этот раз громче: