Книга Развод и девичья фамилия, страница 3 – Харли Напьер, Глория Макова

Сначала я начала замечать, что Гриша позволял себе в мой адрес резкие замечания, раздражение и постоянные напоминания, что моя семья ему должна. Я все больше замечала изъяны его характера и недостатки обрюзгшего с годами тела. Секс наш скатился к пресному и однообразному набору действий, уже особо не будивших во мне ничего, кроме раздражения. Прелюдии сошли на нет. Само действие происходило редко, чему я признаться была только рада. Муж пыхтел над ухом, удовлетворял свои потребности, а после, перекатываясь на бок, глубоко дышал. Пару раз я пыталась завести разговор на тему того, что меня не устраивает, но все они заканчивались обвинениями в мой адрес. Я его разлюбила, расхотела, я фригидная, не страстная и вообще уже не та.

Я переживала, копалась в себе, а после — просто смирилась. Приняла это за норму, взяв за привычку больше молчать и переживать все в себе. Как и то, что Гриша стал полностью контролировать бюджет, обвиняя меня в бездумных тратах. Каждая моя нужда скатывалась до долгих уговоров мужа с приведением сотни аргументов в пользу покупки.

Зачем тебе еще одна тушь? Зачем тебе сумка? А колготки мы брали месяц назад? Маникюр? Деньги на ветер. Постриги ногти, и так сойдет.

Я терпела и молчала. Ко всему прочему, ещё и испытывала чувство вины и долга. Ведь Гриша так помогал моей семье, вытащил из ямы, а я со своими дурацкими просьбами и претензиями.

Дальше — больше. Я стала не так готовить, не так убирать. Этих “не” становилось всё больше и больше. И как итог: он вывез меня на море, и, стоило мне покинуть номер, муж побежал налево.

И смешно и грустно. Он же через раз мог и туда же…

Но одно дело измена, а совсем другое — бросить меня одну, без документов и денег в чужой стране. Пойти упрашивать и умолять его? Не могла и не хотела.

А еще пугала и настораживала агрессия Гриши. Прежде он не позволял себе хватать меня и толкать. А здесь мы этот порог переступили, значит и это станет нормой в наших отношениях. Особенно, если закрою на подобное глаза.

Эти мысли пронеслись в моей голове, пока я шагала вдоль кромки моря. Слезы уже закончились. Я подошла к воде и задумчиво мочила ступни, ощущая бессилие и апатию.

Нужно было найти номер гида, позвонить ей и объяснить ситуацию. Она же должна была помочь мне с документами или достучаться до здравого смысла Гриши.

Вспомнишь говно, оно и всплывет…

— Катя! — рявкнул зло муж, подходя вплотную. Он успел принять душ и надеть чистую одежду. — У тебя мозги уже встали на место?

— Да, — кивнула, мазнув по нему безучастным взором и вернулась к рассматриванию собственных ног. — Давно нужно было уйти от тебя.

— Куда? — хмыкнул он. — Всё что у тебя есть — моё. Быстро в номер, — заявил он нагло и схватил меня грубо за локоть.

Меня охватило каким-то ярчайшим животным ужасом. Я была ниже Гриши на голову, худая, как щепка, на фоне этого борова, поэтому даже сопротивляться достойно не получалось.

— Не пойду я с тобой. Ты меня выгнал. Вот и иди к своей тайке! — вырывалась, в отчаянии и возмущении выкрикивая слова. Но все тщетно, меня не просто не слушали. Мой некогда любимый муж стал глух вообще ко всему, кроме собственных убеждений.

— Ты моя жена, — тряхнул он меня так, что чуть руку не оторвал. — И пойдешь со мной.

— Пусти, придурок, — всхлипнула, с ужасом и стыдом понимая, что слезы заполонили взор. Я не хотела плакать, терпеть не могла сопливые драмы и сама их никогда не провоцировала. Только вот какое дело: когда в отношениях двое, не всегда все зависит от одного тебя.