Книга Межгорье, страница 45 – Юлия Устинова

— Разве такими вещами шутят? — мой голос звучит сипло.

— А если я сейчас возьму и соглашусь? — явно нервничая, Вика старается сохранить на лице беспристрастное выражение.

— Почту это за честь.

Резко вздохнув, Вика смеется.

— Андрей! Ты просто невозможный…

В очередной раз щеки девушки прелестно вспыхивают. Как же здорово дразнить ее, такую растерянную и неискушенную.

— Невозможный… кто?

— Котяра!

— Ну так опыт… — усмехаюсь я, — сын ошибок трудных. И гений, парадоксов друг. Вика, короче, дело к ночи. Доставим друг другу удовольствие? Или для тебя одноразовый секс — это что-то за гранью? — поддразниваю ее.

— Поверить не могу, что мы говорим с тобой о сексе.

— Я сейчас скажу ужасно банальную вещь, но о сексе не нужно говорить, им нужно заниматься.

— Андрей… — Вика мнется на месте.

— Да иди уже сюда… — протянув руку, я хватаю ее за талию, слегка дергаю на себя, побуждая сделать несколько шагов и пересечь заветную черту.

Где-то на периферии сознания мелькает мысль, что мне не следует ложиться в постель с той, которую я выбрал своему сыну.

Но, черт возьми, я же мужчина.

И если красивая девушка не прочь провести со мной ночь, я не стану рефлексировать и жевать сопли, размышляя о последствиях.

Во всяком случае, прямо сейчас…

Я судорожно вздыхаю, прижимаясь к твердой мужской груди. Губами Андрей ловит мое взволнованное дыхание, при этом обхватив лицо своими большими ладонями. Меня окутывает его мужественный аромат — хвойное мыло и опилки, которые застряли в манжетах рубашки. Жесткие волоски на коже немного колются, однако в сочетании с влажным жаром рта мужчины, это только усиливает удовольствие от поцелуя, вызывая в моем теле горячую дрожь.

Целуется Боголюбов умело — пылко, одуряюще, в один момент нескончаемо нежно и медленно, в следующий так, что, кажется, готовится проглотить.

У меня дрожат колени, сердце колотится в груди быстро-быстро. Бешеный пульс оглушает, а мысли… Какие к черту мысли, когда тебя такцелуют.

Я чувствую его руки повсюду. Они сминают груди через одежду, стискивают талию и бедра, бережно обхватывают шею, когда наш поцелуй углубляется.

— Хочу посмотреть на тебя, — бормочет Андрей, отрываясь от губ.

Оставив меня стоять одну, он отходит, и через секунду в комнате загорается настенный светильник.

Я начинаю паниковать.

Что, если ему не понравится?

Однако не мешаю мужчине снимать с себя одежду. Ее не так много.

Стащив с меня шорты и футболку, Андрей легонько подталкивает меня к двери, вдавливаясь пахом в мой живот. И вот уже мои запястья перекрещены над головой. Удерживая их, свободной рукой мужчина расстегивает лифчик. Одно движение пальцев — и моя грудь обнажена.

Блуждая жадным взглядом по моему телу, Андрей громко сглатывает.

— Ты прекрасна, девочка.

От его слов пульс подскакивает так же резко, как и от поцелуев.

На меня еще никогда не смотрели столь зачарованно.

Похотливо — много раз, но с восхищением — никогда.

Влажные губы ненадолго приникают к моим, затем опускаются, лаская подбородок, шею и сосредотачиваются на груди. Соски уже затвердели, превратившись в перламутровые бусины. И стоит Андрею только коснуться одной из них языком, а по другой провести своим шершавым пальцем, как я сразу же выгибаюсь ему навстречу. Нервные импульсы, возникшие в двух точках, соединяются и пронизывают мой пах мощной волной возбуждения. Продолжая играть с сосками, Андрей приподнимает мою ногу и закидывает на себя. Я крепче обхватываю его за плечи, думая лишь об одном: "Какого черта он все еще одет?"