Книга Межгорье, страница 108 – Юлия Устинова

— Ты ничего не забыл? — насмешливо интересуется Вика.

Не получив разрядки, ее киска возмущенно сжимается вокруг моего члена.

— Ты тоже планировала кончить? — я тяжело дышу.

— Представляешь? — судя по голосу, она не в духе.

Но конкретно сейчас я ничем не могу ей помочь.

— Что ж поделать. Я эгоистичный козел. И не ты ли сказала, что в сексе никто никому не должен?

Вытащив член, я опускаюсь на колени и избавляюсь от презерватива.

— Все понятно, — недовольно бормочет Вика.

И ее обиженный тон делает меня самым счастливым придурком на планете.

Она хочет кончить. Она хочет меня.

Если бы на месте Вики лежала другая девушка, мне было бы насрать. Я бы выгнал ее или ушел сам. Никакого телесного контакта, никаких обнимашек. Когда Даша оставалась у меня ночевать, мы не спали вместе. Я просто уходил в другой угол. Но с Викой не только хочется остаться. С ней хочется быть.

— Дай мне пару минут… И я придумаю новый план, — переворачиваю Вику на спину и помогаю ей подвинуться, чтобы лечь и вытянуться рядом.

— Развяжи руки, мне больно.

— Тебе больно? Супер.

— Клим, я не шучу, — хнычет она. — Пальцы онемели.

Моя голова лежит на уровне ее бедер. Вика подставляет мне свои связанные запястья. Я быстро развязываю ее руки, массирую их, разгоняя застоявшуюся кровь, а затем целую запястья, на которых остались следы от пояса.

Мне хочется признаться, что я люблю ее, что секс не был моей главной целью и, возможно, попытаться объяснить, почему я трахаюсь, как перед апокалипсисом — быстро и жестко, без оглядки на партнера. Но мне не хватает слов.

Я не умею.

Остается прятать это в самом темном углу своей души, в который не заглядывал ни один человек и не видел меня настоящего, куда я сам никого не пускал. Зачем? Ведь они все равно не поймут. А те, кто мог понять, их давно нет… Единственный человек, который знает, что я такое — мой заблудший отец.

— Ты… как… нормально? — закинув на нее руку, я пытаюсь восстановить дыхание.

— Да.

— Понравилось?

— Ты о чем?

— Ты знаешь.

— Тебе интересно, каково это, когда тебя имеют, как последнюю шлюху? — язвительно замечает Вика.

— Только честно.

— Мне не привыкать.

— Ясно.

— Но с тобой… понравилось. Это плохо?

— Ты меня спрашиваешь? — я улыбаюсь, поглаживая ее колено.

— Я… Я всегда ждала от мужчины другого. Романтики, нежности, красивых поступков, — усмехается она своим мыслям.

— А со мной? Как это было?

— Как будто по мне ток пустили и подвесили над пропастью. Это было… на грани, — признается Вика своим чертовски сексуальным голосом.

— Я же говорил, что каждая из вас мечтает быть оттраханной, — напоминаю ей и чувствую, как Вика напрягается. — Что? Говори.

— Тебе что-нибудь известно о прелюдиях?

— Это скучно.

— А вот и нет. Девушкам это нужно… Мне это нужно.

Я приподнимаюсь и отвожу в сторону ее бедро. Вика сопротивляется, за что получает от меня слабый укус.

— Лежи тихо, — впиваюсь пальцами с ее бледную кожу и медленно раздвигаю стройные ноги.

— Что с твоим лицом? — смеется Вика. — Ты там привидение увидел?

Я сглатываю, не в силах отвести взгляд от ее покрасневшей киски, и тоже смеюсь, пытаясь промычать ответ.

— Ты можешь угорать, но раньше я никогда не видел… Так близко. Вживую.

— Ты издеваешься, ты никогда не заглядывал девушкам между ног? — прыскает Вика.